– Мечты, – сказал Геныч. – Все мы мечтаем о чем-нибудь возвышенном, не так ли? Мы мечтаем о верной дружбе до гробовой доски, мы мечтаем о любви с первого взгляда и на всю жизнь, пока смерть не разлучит нас, мы мечтаем совершить что-нибудь более значительное, чем построить капитализм для одного отдельно взятого человека – себя. Мы мечтаем строить не финансовые империи, а парусные фрегаты и бороздить океаны в поисках неоткрытых пока островов, биться с пиратами, стоя спиной к спине с верными друзьями, мы мечтаем встретить принцессу, вызволить ее из плена дракона, сразить Темного Властелина зачарованным мечом и получить полкоролевства в качестве приданого. Но не из-за денег, а потому что так положено, когда ты спасаешь принцессу и убиваешь дракона. Мы мечтаем покорить космос, действительно покорить, а не возить туда на экскурсии американских туристов, встретить расу пришельцев и подружиться с ними или начать кровопролитную войну. Мы всегда мечтаем о большем, чем может предложить нам старушка-жизнь. Как ты на это смотришь, демон? Как я выгляжу в твоих глазах? Я дурак, да?
– Нет, – сказал Скагс. – Вы не дурак. Вы – романтик. Но вам не повезло, потому что вам выпало жить в очень неромантической стране в очень неромантическое время.
– Но как раз это ты изменить не можешь.
– Еще посмотреть надо, – сказал Скагс. – Дайте мне пару минут, пожалуйста, мне надо кое-что уточнить.
Скагс сделал пасс правой рукой, и на его коленях прямо из воздуха материализовался ноутбук с открытой крышкой. Скагс защелкал по клавишам. Геныч докурил свою трубку, выбил пепел в хрустальную пепельницу и положил трубку на стол. Потом сделал большой глоток коньяку. Девушки за стеной плавали и извивали свои тела, честно отрабатывая деньги, которые он им платил. Надо им премию дать, что ли, подумал Геныч. Они же даже не знают, когда ими любуются, а когда они дрыгаются впустую.
Зазвонил телефон. Геныч резко поднял трубку, сообщил, что его нет и в ближайшем будущем не предвидится, бросил трубку на рычаг. Сразу же после этого зазвонил мобильный, и Геныч швырнул его в стену. Мобильный разлетелся пластмассовыми брызгами. Скагс повел бровью, сим-карта поднялась с пола и, слегка покачиваясь, словно размахивая несуществующими крыльями, пролетела через весь кабинет и легла на стол перед Генычем. Геныч сказал «спасибо» и смял ее двумя пальцами.
Через пять минут Скагс оторвался от своего дисплея и взглянул в лицо искушаемому. На лице демона царила довольная улыбка.
– Думаю, – сказал он, – что я смогу решить вашу проблему.
– В этом мире мою проблему решить невозможно, – сказал Геныч.
– Возможно, и так, – сказал Скагс. – Хочу вас предупредить, что то, о чем я вам сейчас расскажу, является величайшей тайной со времени написания Библии, если не того раньше, и, если вы ее разгласите, вы, и все, кто вас слышал, подвергнутся немедленному и беспощадному истреблению.
– Я не хочу, чтобы меня сочли сумасшедшим, – сказал Геныч. – А так и будет, если я расскажу кому-нибудь о тайне, поведанной мне демоном из внешнего круга ада.
– Даже если никто не поверит, – сказал Скагс, – все равно все слушавшие будут истреблены.
– Во как, – сказал Геныч. – Серьезные дела, как я посмотрю.
– Очень серьезные, – подтвердил Скагс.
Геныч допил коньяк и швырнул бокал в корзину для мусора.
– Я готов, – сказал он. – Выкладывай свою страшную тайну.
– Это не только моя тайна, – сказал Скагс. – Видите ли, как только вы сказали, что достигли всего, чего хотели, в этом мире, я сразу подумал о мире другом, но мне потребовалось подтверждение относительно возможности сделать вам подобное предложение. Одно место еще есть.
– Какое место? – спросил Геныч. – В каком другом мире? В аду, что ли?
– Нет, не в аду, – сказал Скагс. – Земля – не единственный мир, созданный Сами Знаете Кем.
– Опа, – сказал Геныч. – Мне становится интересно. С этого момента попрошу поподробнее.
– Извольте, – сказал Скагс. – Сами Знаете Кто с самого начала не планировал создавать два мира, решив ограничиться только Землей, он был скорее побочным продуктом, возникшим неожиданно для самого Создателя. Мир этот возник в первые дни творения, но чуть позже, чем был создан ваш.
– И где он находится? В параллельной Вселенной?
– В перпендикулярной Вселенной, если быть абсолютно точным.
– Перпендикулярная Вселенная? – сказал Геныч. – Наши фантасты до этого бы не додумались.
– Тем не менее она существует, – сказал Скагс. – Как вы думаете, где находится ад?
– Знаешь, до твоего визита я об этом не слишком задумывался, – признался Геныч. – Традиционно считается, что где-то под землей, хотя геология утверждает, что его там нет.
– А рая нет за облаками, – сказал Скагс. – Как утверждает аэронавтика.
– Ну, я думал, что это метафора, – сказал Геныч. – А если честно, я думал, что это вранье. Религиозная пропаганда, так сказать. Опиум для народа. Ад и рай в душе каждого из нас, и все такое.
– Нет, – сказал Скагс. – И рай, и ад имеют точное географическое положение, хотя и находятся не в этом мире. Представьте себе другую планету…
