Частично выспавшийся Гена, благоухавший похмельным амбре, с ходу начал рассказывать, что в интересах общего дела ему нужно срочно отправляться на «Стодолу-17», потому что там все очень сложно и неоднозначно. А здесь работы всего ничего — любой студент Политеха справится — так что все эти мелочи можно смело поручить его помощнику Ване Савельеву: он прекрасный специалист и все сделает по высшему разряду. Можно прямо сейчас позвонить, выдернуть Ваню со «Стодолы-17», и…
— Стой, стой… — оборвал инженера Валентин. — Значит, оборудовать «глухую» закладку в «зиндане» и филигранно обвалить два тоннеля — это мелочи?
— Ну… В общем… — Гена замялся и не нашел, что ответить. — Да справится он, я отвечаю!
— Вот же скотина! — возмутился не выспавшийся Палыч. — Мы тут, значит, «на казарме», а оно спит дома, водку жрет и еще рот свой разевает?! Еще слово, и я расстреляю тебя за саботаж! Ты меня понял, нет?
Гена ничего не ответил, но в его похмельном взоре отчетливо сквозила тоска.
— Гена, мы не фашисты, — вошел в инженерное положение Валентин. — Генерал тебе лично, при мне, довел: это экстренная мера на крайний случай. Понимаешь?
— Понимаю, — обреченно кивнул Гена.
— Гена, не дури. — Валентин досадливо нахмурился. — Все под контролем, так что это всего лишь превентивная мера… Кстати, чего ты, вообще, паришься? Ты в этом деле всего лишь технический персонал, руководит мероприятием капитан Андреев, так что вся ответственность на нем.
— Так точно, — дежурно обозначил присутствие Андреев — коротко стриженный коренастый крепыш лет сорока. — Твой номер шестой: тебе все поднесут, ты только составишь цепь.
— Я все понял, — кивнул Гена. — Не волнуйтесь, я все сделаю.
— Ну вот и замечательно. — Валентин достал из барсетки четыре титановых жетона на общей цепочке и протянул их Андрееву. — Держи, на всякий случай.
— Ух ты! — Андреев встрепенулся и невольно излучил заметный разряд ностальгии. — Надо же, не думал, что когда-то еще подержу в руках… Как говорится, дела давно минувших дней…
— Как думаешь, в наших коммуникациях есть что-то из этой оперы? — уточнил Валентин.
— Наверху, на подступах, как минимум три входа, — компетентно сообщил Андреев. — Один я тебе показывал, в трансформаторной будке. А вот куда они ведут, без понятия: в коммуникации под этот объект я ни разу не лазил, так что это надо Гену спросить.
— Гена, под «Стодолой» есть двери СМ? — спросил Валентин.
— В речном коллекторе одну видел, — сказал Гена. С южной стороны, в тупике, у решетки. А вот СМ она, или там просто щитовая, или вход в «кабельник» — понятия не имею. Ни замков, ни ручек, попробуй определи…
— Ладно, разберетесь на месте, — прервал его Валентин. — Не факт, что пригодится, но в любом случае лишним не будет. Степан, это не подарок. Потом жетоны отдашь мне, лично в руки.
— Понял, — кивнул Андреев — как показалось Валентину, с плохо скрытым сожалением.
— Ну все, — подытожил Валентин. — Задачи поставлены, работайте.
После совещания Валентин потратил полминуты на решение дилеммы: выставить посты наружного наблюдения в прилегающих к объекту дворах или не стоит? По всем правилам оперативной работы, надо бы ставить, но… Если Гена сейчас положит ближний тоннель, разгребать его придется не меньше месяца — а «контингент» со «Стодолы-24» переведут буквально в течение трех-четырех суток.
— Обойдемся, — решил Валентин и с легким сердцем отправился домой — спать.
На прощанье предупредил дежурную службу:
— Ребята, я не спал двое суток. Если, не дай бог, меня кто-нибудь разбудит из-за свалившегося в колодец «монтера» — убью.
С «зинданом» и «павильоном» Гена управился часа за полтора. Там действительно ничего сложного не было, так что он не особо-то и лукавил, заявляя, что Ваня Савельев вполне справится здесь самостоятельно.
Гену мучило нехорошее предчувствие.
Валентин прав: руководит мероприятием Андреев, и вся ответственность на нем, но… Гену несколько напрягал один нюанс, портивший всю концепцию.
Выглядит концепция вроде бы вполне обоснованно: людей собираются перебрасывать на «Стодолу-17», а здесь нужно все заминировать на случай внезапного вторжения. То есть сценарий таков: враг ломится в ворота, дежурная служба жмет две дублирующие кнопки — «павильон» с «зинданом» мгновенно превращаются в руины и потом ни одна комиссия не разберет, что же там на самом деле было в этих обломках и гигантской куче мелкого крошева.
А если, не дай бог, случится так, что вторжение состоится раньше, чем людей успеют вывезти с объекта?
Нет, понятно, что при таком мощном прикрытии вторжение вряд ли состоится вообще — это возможно только в случае внезапного переворота в «верхах» или введении Чрезвычайного Положения по всей стране и передаче власти какой-нибудь решительно настроенной военной хунте.
Но теоретически вариант такого развития событий все же существует. И пусть шанс этот смехотворно мал и незначителен, но как бы руководители не декларировали свою благопристойность (один сказал «мы не живодеры», второй — «мы не фашисты»… и оба послали минировать), вот этот нехороший нюанс все равно травит душу.
