Удивительным образом переплелись судьбы капитана Олега Шаржукова, закончившего боевой путь в Маньчжурии 1945 года, и его тезки-правнука, героически сражающегося с мутантами в подземельях Москвы. Апокалипсис, ожидавшийся в результате падения на Землю кометы, не состоялся. Но град ее осколков-метеоритов принес на нашу планету новые формы жизни, угрожающие человечеству. Отважного чистильщика Олега Шаржукова-младшего, кроме каждодневного привычного риска, поджидала еще одна опасность. В самом конце Второй мировой его прадед, словно сказочного джинна в бутылке, запечатал в погибающем танке древнее существо, погубившее множество людей. Японские легенды утверждали, что демон, прозванный Похитителем Лиц, бессмертен. И теперь этот неожиданно освободившийся монстр решил свести счеты с потомком обидчика…
– Лифтера вызывали?
– Ась?
– Фигась! Лифтера, спрашиваю, вызывали?
Двое беседовали на повышенных тонах, стоя на полуразрушенном крыльце многоэтажной панельки. Седенький старичок в профессорском пенсне, с бородкой клинышком и трясущейся левой рукой стоял на верхней разбитой ступеньке и никак не мог понять, чего от него хотят. Напротив него возвышался высоченный громила в замызганном красном комбинезоне и с потертым армейским штурмовым рюкзаком в руке. Здоровяк стоял на тротуаре, но при этом умудрялся смотреть на старичка сверху вниз. Громила ткнул грязным пальцем с обгрызенным ногтем в шеврон, пришитый на предплечье. Шеврон – ярко-фиолетовый щит с перекрученными тросами, вышитыми золотой нитью, смотрелся чужеродным пятном на засаленной ткани спецодежды. Счастливый комбинезон лифтера Шаржукова. Постирать его – означало сознательно лишить себя удачи, без которой нечего делать в этой профессии, полной всяческих неожиданностей. Как все коммунальщики, незаметные герои мегаполиса, Олег верил в приметы, даже если они были следствием собственной лени и патологического отвращения к чистоте.
За спиной лифтера глухо громыхнуло, тротуар под ногами ощутимо вздрогнул. Старичок, начальник ЖЭКа, вцепился сухонькими ручками в коммунальщика, пытаясь осторожно заглянуть ему за спину. На повторный вопрос: «Так вызывали или нет?» – он безостановочно закивал головой, словно китайский болванчик, который никак не мог остановиться. Шаржуков решил считать нервный тик за утвердительный ответ и начал потихоньку отдирать от себя руки. Хватка у старичка оказалась мертвая. Видать, первый день на службе. Ишь ты, наверное, решил подзаработать в ЖЭКе прибавку к пенсии, то да се. Олег освободился, лишь разогнув по очереди каждый палец старичка.
Оглянувшись, он увидел, как из раскрытого полуподвального окна валят клубы зеленого дыма.
«Должно быть, кто-то из жильцов решил потравить дымовой шашкой панцирохвостов, потомков мутировавших хорьков. Правда, в последнее время у них к любой химии мгновенно вырабатывается иммунитет. Лучше по старинке с ними разбираться – огнеметом. Проверено. Обработал огнесмесью, и все в полном ажуре».
В подтверждение его мыслей из подвала раздалось басовитое гудение турбины, нагнетающей давление в баллонах с огнесмесью. Невидимый борец с панцирохвостами словно подслушал мысли лифтера и решил действовать более радикально. В зеленом дыму стали преобладать черные тона. Из подвала ощутимо потянуло жженым пластиком и пережаренным шашлыком. Вместе с дымом из окошка повалил утробный рев, нарастающий с каждой секундой. Лифтер отступил к старику на крыльцо. Если что, всегда можно успеть заскочить в подъезд. Он точно помнил, панцирохвосты пищат, а не воют. Значит, в подвале затаился кто-то другой: огромный и более опасный. Чистить подвалы – служба тяжкая. Никогда не знаешь, с кем можешь столкнуться. Ну да ладно, у каждого человека есть выбор. Сами знали, на что подписывались, когда лезли под землю.
Из окошка показалась голова в защитном металлокерамическом шлеме с закопченным забралом. Через такое стекло хорошо смотреть на солнечное затмение. Лифтер вспомнил босоногое детство и улыбнулся. Со стороны улыбка на лице, заросшем седой щетиной, напоминала волчий оскал. Бриться лифтер тоже не любил. За бритву он брался, когда щетина была готова перерасти в бороду. А это уже помеха на работе. Защитная маска не так плотно прилегает к лицу, а значит, есть реальный шанс не вернуться с работы домой…
Вслед за шлемом показались плечи с алыми погонами, испятнанными витиеватыми желтыми вензелями. Подтянувшись на руках, мутантоборец выбрался на тротуар. У лифтера от удивления отвисла нижняя челюсть. Перед ним стоял в пятнистом камуфляже воспитанник Президентского кадетского военного училища. Держась рукой за стенку, парнишка, пошатываясь, побрел к крыльцу.
– Предупреждать надо, батя, – писклявым фальцетом произнес кадет, обращаясь к начальнику ЖЭКа. Он снял шлем и попытался пригладить непослушный сальный вихор. С бледным осунувшимся лицом кадет больше напоминал больного, сбежавшего из госпиталя, чем будущую красу и гордость Вооруженных сил России.
– А вы не спрашивали, – старичок вскинул подбородок с бородкой. – Сразу в подвал рванули.
Кадет был еще совсем подростком, лет пятнадцати. На костлявых плечиках топорщился камуфляж минимум на размер больше, чем нужно, и, судя по блеклым пятнам защитной окраски, второго срока службы. Сразу видно, что на задание выдали то, что не жалко.
Мальчишка злобно зыркнул исподлобья на старика и вытащил из-под мятого погона сигарету. Сигарета была сломана. Оторвав фильтр, кадет сунул бумажный цилиндрик в рот и пробурчал:
– Огонька не найдется?
Лифтер суетливо пошарил по карманам и, выудив зажигалку, с готовностью щелкнул у конопатого носа.
