— Лесника Сюткина внучка? Вроде к Гришаихе пошла. Они ведь подруги — вместе здесь в интернате учились… Гришаиха сейчас немка.
— Как немка? — не понял Волков.
— Ну, у нас в школе немецкий преподает! Институт в городе кончила!
— Ах вот оно как! — улыбнулся Волков. — Слушай, Федя, будь другом — выручи меня еще раз. Слетай-ка к этой Гришаихе, передай Кате, чтобы минут через двадцать к конторе химлесхоза подошла. Передай, что очень прошу.
— Ладно! — солидно согласился мальчик и, поддернув сползавшие штанцы, припустил вниз по деревне.
Олег взглянул на часы и заторопился к конторе.
Там его уже ждали. Крепкая крутобедрая девушка в цветастом платье призывно махала ему с крыльца рукой. Видимо, вездесущий Кандычев через кого-то уже успел ее предупредить.
— Вот те на! А еще говорят, что военные точностью отличаются! — пропела она, заметно, по-уральски окая. — Пойдемте, чуть-чуть не опоздали к связи-то!..
— Чуть-чуть не считается! — улыбнулся Олег.
— Здравствуйте! Вы тут за начальство?
— Ну что вы! — смутилась девушка. — Начальник на участки поехал… Счетовод я.
— Счетовод тоже начальство. Как же без учета? Никак нельзя в современных условиях! — как можно серьезнее сказал Олег. — Так… Где тут у вас аппаратура?
— Проходите, пожалуйста, сюда, в кабинет. Только я сперва сводку передам, ладно? Постараюсь побыстрее.
Пока девушка передавала сведения, Волков достал схему местности, скопированную на кальку с карты, и определил квадраты, в которых находились Петрово и Глухарная. Названия деревень на схеме имели два названия — истинное и закодированное, чтобы можно было передавать сведения по открытым каналам связи.
Волков посмотрел на часы и вдруг понял, что волнуется.
Его могли соединить с подполковником Рябцевым, и тогда Олега наверняка ждал бы разнос с упреками типа: «Чем вы там занимаетесь? Почему до сих пор нет конкретного результата? И что вы уцепились за магазин, пусть этим милиция, ми-ли-ция занимается! Вы мне беглеца ищите!»
Но самым скверным было то, что Рябцев не преминул бы возвести в ранг преступления выезд Волкова в Петрово. И хотя Олег и понимал, что в создавшейся обстановке он принял единственно правильное решение, формально подполковник был бы прав.
«Если разговор будет не с командиром, а с Рябцевым — точно нарвусь на взыскание! — подумал Волков. — Ну и шут с ним, со взысканием! Зато сотни людей не будут мерять тайгу там, где Рыбакова давно и след простыл. Ведь магазин в Петрово — его работа, „Почерк“ кражи, характер похищенного — все стыкуется!» — убеждал он себя.
— Емкости баржой отправите? А когда? Нет, вы уж, пожалуйста, поточнее скажите, меня директор просил узнать! — кричала в трубку девушка-счетовод. — Конечно, конечно! Разгрузку-то нам придется делать!
«У всех свои проблемы! — улыбнулся Олег. — В химлесхозе с бочками, у меня… Ну как же все-таки доложить Рябцеву, чтобы он все понял? А то опять обвинит, что я чересчур умничаю…»
Отношения между ними, мягко говоря, не сложились. А причиной тому послужил случай, произошедший прошлой весной, когда из-за непродуманного решения, а возможно, и просто упрямства Рябцева, едва не погибли люди. В том числе и сам Волков.
Случилось это так. Богатов находился в отпуске, отдыхал с семьей на юге, когда в одной из колоний исчез расконвоированный осужденный. Был ночным сторожем на стоянке тракторов, контролер пришел проверять — нет человека! Как в воду канул. И, надо сказать, до конца срока этому осужденному оставалось всего полтора месяца. Не было ему никакого резону в побег уходить. Но искать-то человека нужно…
Волков и прапорщики получали инструктаж у начштаба подполковника Никонова, когда в кабинет вошел Рябцев.
Он долго и глубокомысленно разглядывал на карте пунктиры маршрутов розыскных групп, потом, неудовлетворенно похмыкав, взял линейку и провел жирную линию вдоль зимника, соединяющего поселки Скальный и Наим.
— Пошлете группу по этому маршруту! — распорядился Рябцев.
— Извините, Николай Ильич, но там же сейчас сплошная топь! — возразил начальник штаба. — Люди не смогут пройти.
— Люди не смогут, а солдаты пройдут. Вы, я вижу, сторонник тепличного воспитания? Но сейчас не время для полемики. Делайте так, как сказал командир части! — отчитал его Рябцев. — Как же мы будем требовать с подчиненных, если сами не умеем повиноваться?
Никонов побледнел, но смолчал. Он прослужил в этих краях без малого двадцать лет, что такое болота весной, знал не понаслышке и если бы был с Рябцевым один на один, возможно, и сумел доказать свою правоту… Но вступать в спор при прапорщиках?
— Группа пойдет там, где я приказал, — повторил Рябцев. — Глубина болота по карте не превышает полуметра, значит, оно проходимо.
«Он же просто не знает, что в горах начал таять снег! — подумал тогда Волков. — Служил в учебной части, у нас совсем недавно, откуда ему знать про это? Надо только все хорошенько объяснить подполковнику, и он поймет, отменит свое решение!»
— Товарищ подполковник, разрешите высказать свои соображения? — осторожно спросил он.
