Всяк житьем своим скучаетИ судьбине докучает:Для чего я не богат,Для чего рожден не знатен,Для чего не кудреват,Для чего не бел, не статен?А того не рассуждает,Что как доля ни груба,Но всегда в нее судьбаНаше счастье заключает.Я читателям скажуСтарых лет на это сказку.Суету в ней покажуИ пущу ее в огласкуБезо всякого примеса.Близ Славенска на лугах,Где паслись волы в стадах,Столб иль пень стоял близ леса.Что у пней рассудка нет,Знает это целый свет.Знает это и писатель,И почувствует читатель,Что сего я не таю:Лжи за правду не даюЛишь скажу, что в самом делеУчинилося доселе.Сказанный мной выше пень,Зря волов по всякий деньНа зеленой жирной пастве,В прыганьи, питье и ястве,Приуныл и восстенал,И в тоске своей сказал:«Коль счастливо бычье племя!Днем гуляет на травах,Ночь покоится в хлевах,И ведет в забавах время.Как же злополучны пни!Целый век стоят одни.В ночь от стужи замерзают,Зной во дни претерпевают,И отрад ни в чем не зрят,Только зябнут и горят.О Перун, небес владыка!Зря, напасть моя колика,Сжалься и избавь от зла:Претвори меня в вола».Пня с небес Перун внимаетИ его не понимает,Для чего спокойну частьХочет пременить в напасть.Пню Перун не отвечает,Пень Перуну докучает.Злясь Перун на дурака,Претворил его в быка.Пень, надев сию обнову,Ищет на поле корову.Ест траву и воду пьет,Бегает, мичит, рыкает,Всех быков рогами бьетИ от телок прочь толкает.Видя это, пастухиПриняли его в трюхи,В палки, кнутья и дубины,Думая, что он чужой,И боясь, чтоб их скотиныНе попортил он собой.Пень, почувствовав ударыНа себя от всех сторон,Не вступается во сварыИ бежит из стада вон.Воздух воплем наполняет,Часть воловью проклинаетИ быком не хочет быть,Но и пнем не хочет жить.Проливая слез он реки, —Не быки счастливы, мнит,А блаженны человеки.Воздыхая говорит:«Всем их племя одаренно,Всё им в мире покоренно.Самые из них псариНад животными цари.О Перун, правитель мира!Сжалься надо мной, — кричит, —Не оставь меня ты сираПод ярмом стенать, — мичит, —Сохрани меня от злаДля спасенья кратка века,Претворив меня в вола,Претвори и в человека.В новом виде я себяОт напастей всех избавлю.А за милости тебяБольше всех людей прославлю.Уж впоследние взываю,Больше слова не скажуИ тебя не утружу,Ничего не пожелаю».Так взывая, глупый пень,Изъясняя грусть и мукуИ болтая дребедень,Он вогнал Перуна в скуку.«Буди всем тем, чем желаешь,—Пню Перун во гневе рек, —Будь, коль благо в том считаешь,Из скотины человек.Но уже, им став из пня,Больше не тревожь меня».Бык мотает головоюИ колени к земле гнет,Становится с бородою,Человеком восстает.В ближний смотрится ручей,Красоте своей чудится,Разумом своим гордитсяИ не трусит уж бичей.Чувствуя ж еще досаду,Что тузили пастухи,Идет на́ поле ко стадуТак, как ходят петухи.Головою не кивает,Пастухов не поздравляет,И, подпершись под бока,Просит хлеба, молока.Пастухи захохоталиИ безумцу отвечали:«Вон река недалека,Широка и глубока,Можешь в ней испить, а хлебаДоставай себе сохой,Рукодельем, головой.Или жди его ты с неба».Пень работать не обык,А обедати уж хочет.С пастухами он хлопочетИ ревет, равно как бык.Пастухи столба толкают,Под бока его пихаютИ от стада гонят прочь.Пень до драки не охоч,Не надеясь пищи боле,Прочь отходит поневоле.Но томимый лютым гладом,Ищет пищи на древах,Меж кустами, во травах,Алчным, жадным, быстрым взглядом.Что в лесу ни обретает,Жадно в рот к себе пихает.Утоляя лютый глад,Всякой пище бедный рад.Но сретая там терновник,Инде хворост, там шиповник,Став исколот, став в поту,Пень не рад мой животу.Пень из леса выбегает,Рот в источник опускаетИ за все свои трудыНапивается воды.Утомленный став ходьбой,Сну противиться не смея,Но постели не имея,Спать ложится меж травой.Сон над пнем не успевает,Пень терзается тоской.Наконец он засыпаетИ дрожит от стужи злой.Ветр и хлад в нем кровь смущают,Резь бурлит в нем от воды,Комары его кусают,И тревожат пня гады́,Нападая неотступноИ сражаясь с ним все купно,В пне болезнь они родятИ терзанье в нем плодят.Пень ко небу глас возноситИ еще Перуна просит:«Сжалься, боже, надо мной,Дай мне образ ты иной!В грустях провождая веки;Насыщался, стеня,Всех несчастней человеки,Злополучнее и пня, —Век их предан тьме обид,Злобе, немощам и смерти,Ими властвуют и черти,И пустыя тени вид.Зря, как стражду я стеня,Существо имея то же,Претвори, о сильный боже,В светла гения меня.Дух сей непричастен хладу,Страсти, скорби, жажде, гладу,Смерти лютому часу,Вечную храня красу.Преврати меня в него:Больше уж роптать не стануИ не молвлю ничего».Но Перун так рек болвану:«Речь твоя хоть лицемерна,Гений будешь ты сейчас,Но еще солжешь ты раз, —Суета твоя безмерна».Пень на землю повалился,Просьбой божеству грубя,И восставши как озрился,Зрел уж гением себя.Тотчас крилья простираетИ на небо он летит.От восторга обмираетИ мечтою всё то чтит.Став быстрее и Зефира,Уж касается эфира,Но внезапный с неба гласСей творит ему приказ:«Обратись в жилище мираИ служити начинай:От богатых нища, сираНападений защищай,Слезы отирай вдовицам,Праведным помощник будь,Твердость укрепляй девицам,Исправляй порочных путь».Вняв небесны словеса,Пень на землю возвратилсяИсполняти чудесаИ в Славенске очутился.Первый встретился ему,Пню пресветлому сему,В ветхом рубище пьянюгаИ такая ж с ним подруга.Пьяная сия четаГлас охриплый возносила:Пенязей себе просилаУ богатого скота,—Не по стану, по уму,Не дивись никто сему,Это чудо не велико:Мы под образом людейЧасто видим лошадейИ не ставим это в дико.Званьем скот был тот купецИ достоинством скупец:Гнал он нищих прочь тычками,Называя их притомТунеядцами, скотамиИ отечества стыдом.Пень, увидя то, чудилсяСкупости его презлой,На скупягу рассердилсяИ согнал с земли долой,Позабыв приказ небесный,Чтобы грешных исправлятьИ на правый путь и честныйДухом кротким провождать.После действия такого,Претворенный в духа пеньЗлился долго на скупогоИ калякал дребедень.Напоследок вспомянувО своем посланьи к мируИ позадь себя взглянув,Он увидел прямо сиру,Но порядочно одету,И влекому пред судейПо напрасному наветуЗлых и пагубных людей.Не входя о деле в толк,Над несчастной насмеялсяИ по городу помчалсяТако, как голодный волк.Обегая град повсюду,Слыша многих бедных стонИ не видя ниоткудуОбласти своей препон,Он во все дела вступался:Бил, тазал, кричал и дрался,Не спущая никому,Всё вершил по-своему.Так муштруя целый день,Прекращая споры, брани,Наконец устал мой пеньИ, подняв ко небу длани,Воздохнувши возопил:«О Перун! нет больше силСтрасти смертных усмиряти,Злобу правде покоряти.Премогает их порокМыслей гениевых ток.Будь твоя со мною воля,Тягостна моя мне доля.Обращая смертных умК райским областям прекрасным,Сотворится сам несчастнымОмрачением их дум.Осужденному судьбоюПрепираться век борьбоюС духом злаго существаСил и гения не станет;Разве мудрость не увянетОдного в том божества.К счастью заперты дорогиТварям, людям и духа́м,Им владеют только боги,Властелины небесам.И тогда досад избуду, —Пень, задумавшися, мнит, —Как и я в числе их буду».Но Перун ему гласит:«Пни богами не бывают,Мелют только пустотуИ, не знав, чего желают,Лезут только в высоту,Мня сыскать на ней блаженство,Мнима счастья совершенство.Но наместо всех отрадЧасто падают во ад.Я внимал твои желаньяДля единого сего,Чтоб явить, что им скончаньяВек не будет твоего.Что твой слабый ум и силыНе возмогут упражнятьТех степе́ней, кои милыСуете твоей искать.Твари созданы к работеИ скончаются в заботе,Но сию им злую частьНавлекает их же страстьУм прельщати высотою,Вредной смертным пустотою,Презирая простоту,Древня века красоту.А первоначальна доляК их же благу им дана,Хотя мысль их днесь и воляК суетам устремлена.К твоему же благоденствуПнем ты создан от меняИ к подобному ж блаженствуПревратись опять во пня».<1769>
