Поэты XVIII века полностью

Ода V. Анакреон, кн. 1, с. 17.

Я под песни воспляшу. «Плясание составляло часть духовного обряда языческого богослужения. Мужчины и женщины плясали вокруг священных истуканов» (примеч. Львова, с. 75).

Ода VIII. Анакреон, кн. 1, с. 23.

Ода X. Анакреон, кн. 1, с. 31.

Дорическим языком — дорическим диалектом древнегреческого языка, бытовавшим на полуострове Пелопоннес, в южной части Греции.

Прекрасный сопостельник. «Слово сие «сопостельник» ни на каком европейском языке, кроме русского, переведено быть не могло» (примеч. Львова, с. 82).

Ода XI. Анакреон, кн. 1, с. 33.

Ода XX. Анакреон, кн. 1, с. 55.

Фригийская страна — страна в северо-западной части Малой Азии.

Иль твоими б я желал Быть сандалами, о дева! «Сандалии были древняя обувь, состоявшая из одной подошвы, лентами наподобие наших обор к ноге прикрепляемая» (примеч. Львова, с. 87).

Ода XXIII. Анакреон, кн. 2, с. 99.

На что вздыхать, тужить. «В греческом сказано: «Зачем же заблуждаться в сей жизни». Литеральный перевод на русском языке сего наречия не изобразил бы, мне кажется, мысли Анакреоновой, клонящейся к тому, по смыслу автора, что зачем нам и заниматься делами, которые, по мнению его, для того только бесполезны, что жизни продолжить не могут» (примеч. Львова, с. 167—168).

Ода XXVI. Анакреон, кн. 2, с. 107.

Крезус — Крез, см. примеч. 13.

Ода XXVIII. Анакреон, кн. 2, с. 111. В примечаниях к оде Львов писал «Сию прекрасную оду, служившую в разных языках подлинником для множества неудачных подражаний, переводил и наш северный Орфей Ломоносов с отменными и его только таланту свойственными красотами, делающими и подражательные его творения действительным подлинником. Он во многих местах отступил, инде прибавил по причине той, что писал стихами с рифмами; и между его и моим переводом выходит только та, по мнению моему, разница, что мой перевод к подлиннику ближе, а его лучше» (с. 171).

В художестве изящном, Коим Родос процветал. Имеется в виду остров Родос в Эгейском море, славившийся в III—II вв. до н. э. своими художниками, которые раскрашивали восковые фигуры.

Ода XXXIII. Анакреон, кн. 2, с. 133. Ода сопровождалась следующим примеч. Львова: «Анакреон в сей оде, завидуя ласточке, весьма замысловато любовь, постоянную и единственную его страсть, помещает в сердце своем и тонкою аллегориею изображает, что постоянен он к одной только страсти, а не к предметам оной» (с. 175—176).

Ода XXXVI. Анакреон, кн. 2, с. 141.

Ода ХL. Анакреон, кн. 2, с. 151.

Вскрикнул, вспорхнул, побежал. «Казалося бы, нельзя бежать телу летящему, которое вспорхнуло; но, мне кажется, есть тут некоторая местная красота, изображающая, во-первых, близость находящейся от Купидона матери его и ребяческий страх самого Купидона, бегущего и машущего крылами, подобно тяжелой птице, небольшое расстояние пробегающей» (примеч. Львова, с. 186).

Ода ХLIII. Анакреон, кн. 2, с. 161. В примеч. к оде Львов пишет: «Ода сия всегда мне в мысли представляет чувствительного человека, обрадованного новым голосом весны, которой впечатлении умел он ощутить и свойственным действию языком изобразить сердце, отверстое на прелести природы» (с. 194).

Выпив капельку росы. «Полагают, что кузнечики одною только росою питаются» (примеч. Львова, с. 190).

Ода ХLIV. Анакреон, кн. 2, с. 165. Львов невысоко оценивал достоинства этой оды, замечая, что «не мог дорыться сих таинственных красот, которые бы равняли ее со многими прочими одами Анакреона. Тут кроме тонкого замысла, Которым сей стихотворец толкует событие своего сна, ничего я не вижу» (примеч. Львова, с. 195).

Несмотря, что на прекрасных Был ее ногах свинец. «Свинцовые колодки на Купидоне ни для живописца, ни для аллегории ничего мне не представляют. Мы привыкли видеть любовь с крыльями и легкую, а не людей влюбленных, которые на крыльях от любви бегут» (примеч. Львова, с. 196).

Ода LV. Анакреон, кн. 3, с. 231.

А парфянина по шапке. Высокие остроконечные шапки были характерной деталью одежды парфян, живших в Парфии, государстве Западной Азии (III в. до н. э.— III в. н. э.).

По сердечной легкой метке. «Анакреон ни мало ни много как горячим железом и только с тою разницею противу лошадей, что не на ляжке, а на сердце заклеймил любовников. Это немножко грубовато бы казалось для Анакреона, да и больно; но он носил до 85 лет сие тавро. Степень жару впечатления сего ему должна быть известна, и спорить против него кто осмелится?» (примеч. Львова, с. 272—273).

Ода LVI. Анакреон, кн. 3, с. 233.

Ода LVII. Анакреон, кн. 3, с. 235.

Дай, мальчик, мне хлебнуть! «Хлебнуть у нас иногда не то одно значит, чтобы отведать, но «хлебнуть через край» так, как Анакреон и просит; потому что он говорит по-своему „Я пить хочу глотками"» (примеч. Львова, с 273).