2. Временно, впредь до созыва Учредительного собрания, высшим органом государственной власти является Комитет членов Учредительного собрания.
3. Издание основных законов (конституция и пр.) откладывается до созыва Учредительного собрания.
4. Для практического осуществления задач, поставленных перед Комитетом, последний образует на началах коалиции центральный орган всероссийского правительства, на который возлагаются все функции исполнительной власти.
5. Вся законодательная власть и общее направление деятельности правительства принадлежат Комитету.
6. Дела военного управления, финансов и внешней политики находятся исключительно в ведении органов центрального правительства.
7. В остальных отраслях государственного управления взаимоотношение сторон определяются центральным правительством и санкционируются Комитетом членов Учредительного собрания.
Вполне понятно, что подобные предложения вызвали лишь едкие и иронические замечания делегатов сибирского правительства. Так Головачев без обиняков заявил, что «Сибирь не потерпит на своей территории никакой иной власти, кроме власти сибирского правительства», а Михайлов добавил, что «комбинация из 30 человек, берущих на себя законодательные и контролирующие функции, кажется не государственно-правовой, а
Общую мысль сибирского правительства выразил Михайлов.
На вопрос Веденяпина он ответил, что организацию всероссийской власти сибирское правительство считает преждевременной, так как для этого еще «не создалась обстановка».
Все же под давлением французского и чехословацкого представителей делегаты после основательной перепалки согласились созвать на 6 августа новое совещание в том же Челябинске.
Второе совещание мыслилось создать в более широком составе. На него решили привлечь всех членов Учредительного собрания, находящихся на территории всех антисоветских правительств, представителей от центральных комитетов политических партий и «Союза возрождения», представителей правительств, возникших на территориях, захваченных чехо-словаками.
Вместо 6 августа это второе совещание собралось 23. Отношение сибирского правительства к Комучу очень рельефно выявилось с самого момента приезда делегации последнего. Специальный поезд с самарскими делегатами даже не был встречен никем в Челябинске. Это была враждебная демонстрация сибирского правительства против самарского Комуча.
Но и второе совещание, продолжавшееся три дня, не смогло ни до чего конкретного договориться и назначило новое. Три дня, в течение которых происходили заседания делегатов, ушли на споры о составе будущего, третьего по счету, совещания и о месте и сроке его созыва.
Вопрос о месте и сроке созыва третьего совещания вызвал жесточайшие споры. Сибирское правительство ни за что не соглашалось назначите заседание на территории Комуча, а последний как раз настаивал на созыве совещания в Самаре.
После долгих споров приняли компромиссное решение о созыве совещания в Уфе.
Вопрос о составе совещания вызвал еще более серьезные разногласия.
Дело чуть не кончилось полным разрывом, однако под давлением чехословацких представителей и представителей союзных миссий соглашение было, наконец, кое-как достигнуто.
Уфимское «государственное совещание» решено было созвать 1 сентября.
Вместо первого оно открылось 8 сентября. На нем присутствовало около 170 делегатов. Здесь были: представители самарского, сибирского, екатеринбургского правительств; делегаты казачьих войск: оренбургского, уральского, астраханского, сибирского, енисейского, иркутского и семиреченского; члены Учредительного собрания, представители местных самоуправлений, представители национальных групп, представители партий эсеров, меньшевиков, кадетов, «Единства» и кроме того представители «Союза возрождения России».
Происходивший в Уфе съезд торгово-промышленников, который требовал передачи власти военному диктатору и изгнания из будущего правительства эсеров, также желал принять участие в совещании, и мандатная комиссия совещания всего лишь большинством одного голоса (9 против 8 при одном воздержавшемся) отклонила представительство этого съезда.
Первое заседание уфимского совещания было посвящено приветствиям. Второе же состоялось только 13 сентября, ибо ждали запоздавших делегатов сибирского правительства.
На втором заседании были оглашены декларации представителей правительств, партий и групп.
Комуч в своей декларации заявлял:
«Бесспорной и несомненной является полновластность Всероссийского учредительного собрания для образования всероссийской власти. Перед этим Всероссийским учредительным собранием должно быть ответственно всякое правительство и этому Учредительному собранию оно должно передать все свои полномочия. Впредь до открытия Учредительного собрания власть, которая должна быть основана путем соглашения на государственном совещании, — эта власть должна быть ответственна перед съездом членов Учредительного собрания на тех основаниях, которые будут выработаны по соглашению на этом самом съезде».