Район Сызрани был сильно укреплен, причем наиболее густая сеть укреплений, вынесенных вперед километров на десять и обнесенных проволочными заграждениями, тянулась от линии Заборовка на Батраки. Для отвлечения внимания противника от северного и южного участка фронта наши части на пензенском, и инзенском направлениях предприняли демонстративное наступление. Когда белые сосредоточили на этих направлениях свои главные силы, наши части, совершив глубокий обход противника с юга, повели энергичное наступление. Противник оказался в мешке, будучи окруженным с севера, запада и юга. Оставался лишь один путь — через Волгу по направлению к Самаре.
Обнаружив обход, белые 2 октября в панике отступили из района Сызрань — Батраки, оставив на правом берегу много снаряжения, боеприпасов и другого военного имущества, девять орудий, сорок пулеметов, много снарядов и патронов. А в ночь с 3 на 4 октября белые взорвали два восточных пролета Волжского моста.
Быстрому и решительному успеху Первой армии, занявшей Сызрань, в значительной степени способствовало вспыхнувшее в Иващенкове (Чапаевске) вооруженное восстание рабочих и одновременно с этим прорыв в глубокий тыл, к самому Иващенкову, Интернационального полка Четвертой армии, наступавшей из Николаевска (Пугачева). Эти два обстоятельства облегчили задачу овладения районом Сызрань — Батраки и не дали возможности белым воспользоваться теми укреплениями, которые они возвели на правом берегу Волги.
С переходом Сызрани в руки красных была решена и участь Самары. Операцию по занятию Самары вели Первая и Четвертая армии. В состав последней входила и Чапаевская дивизия. Полки Первой армии вели наступление частью по линии железной дороги, частью по правому берегу Волги. Четвертая же армия наступала с юга по левому берегу Волги, из Николаевска.
Разложение белой армии и активная поддержка красных со стороны рабочих и крестьян заставили учредиловцев стремительно отступать на восток, сдавая красным позицию за позицией. Несмотря на то, что к Самаре учредилкой были стянуты значительные силы, они не в состоянии были противостоять энергичному напору красных и в панике отступали. Вечером 7 октября передовые части Чапаевской и Железной дивизий, на лодках переправившись через реку Самару, вступили в город.
Дальнейшая борьба против белых велась по трем направлениям: на Бузулук — Оренбург, на Бугуруслан — Уфу и на Бугульму.
После сдачи своей «столицы» войска учредилки потеряли всякую устойчивость и стремительно откатывались на восток.
В районе Бугуруслана белые пытались приостановить отступление и оказать сопротивление. Однако наши части обошли их с флангов и отбросили дальше на восток.
С потерей большей части своей территории учредилка уже не могла оказать сколько-нибудь значительного сопротивления. Впрочем вскоре и сам Комуч был ликвидирован адмиралом Колчаком.
Чтобы убрать с дороги теперь уже лишнюю директорию, в ночь на 18 ноября эсеровские члены директории были арестованы, и власть перешла в руки адмирала Колчака.
Вопли эсеров о помощи, обращенные к их империалистическим «союзникам», остались без всякого ответа. Вскоре Колчак ликвидировал и остатки Комуча — «Съезд членов Учредительного собрания» и совет управляющих ведомствами.
Так бесславно погибло самарское правительство.
Ленин писал, что «…мелкобуржуазная демократия неспособна удержать власти, служа всегда лишь прикрытием диктатуры буржуазии, лишь ступенькой к всевластию буржуазии» (Ленин, т. XXVI, стр. 435).
Роль такой ступеньки и сыграл самарский Комуч. Подготовив всей своей деятельностью колчаковский переворот, Комуч погиб от руки им же взлелеянного военного диктатора.
Одним из лозунгов мирового империализма и его наемников — эсеров и меньшевиков — в борьбе против пролетарской революции в России был призыв к «спасению» цивилизации и культуры, которые якобы разрушаются большевиками.
Буржуазная печать капиталистических стран систематически вела яростную кампанию против большевиков, преподнося своим читателям всяческие небылицы и выдумки о «зверствах» и «варварстве» большевиков.
«Во имя спасения цивилизации и культуры» буржуазная печать призывала свои правительства начать интервенцию против Советской России. «Во имя спасения цивилизации и культуры» интервенты купили эсеровскую партию, которая до указанию своих иностранных хозяев и приступила к «спасению» гибнущей цивилизации.
О том, как эсеры «спасали» цивилизацию, читатель узнает из печатаемых в нашем сборнике материалов. В частности первый отдел сборника, который (отдел) мы назвали «Кровавые дни», достаточно полно и ярко характеризует ту «цивилизаторскую» роль, какую выполняла самарская учредилка.
Отдел «Кровавые дни» содержит материалы, рисующие кровавые расправы «демократических» победителей над побежденными при занятии городов, местечек и деревень. Кроме того здесь же приводятся материалы, характеризующие зверское отношение белогвардейщины к захваченным на фронте пленникам.