Две плотные особы средних лет,стеснившие Читателя Газет,вопя, как будто здесь они одни,перемывают косточки родни.В другом ряду, презрев гневливый взор,по-прежнему назойлив ухажер:пристав к красотке и являя прыть,он зубы хочет ей заговорить!В автобусе — увы, не продохнуть,зато заметно сокращает путьразнообразье путевых бесед:— Ну, а почем свинина-то, сосед? —Здесь всякий люд, наряд и провиант,с бродягой рядом здесь брюзгливый франт,здесь болтуны мусолят вновь и вновьполитику, финансы и любовь,ну а молчальники в окно глядят:так строгий ментор смотрит на ребят!Но вот автобус накатался всласть.Стоп, остановка. Эй, народ, вылазь!Прощания, и вздохи, и толчки,плетенки, и корзинки, и тюки!Вот новый пассажир полез гуртом,со вздохами расселись все потом.Какая давка! Заскрипел салон!Столпотворенье! Ну и Вавилон!— Ой, палец отдавил мне, чертов сын!— Вы что — заснули? —
аби на ветин
[298]!И снова в путь. Водитель жмет на газ,а разговор о жизни без прикрасжужжит не прерываясь… Ну так что ж:в автобусе с тоски не пропадешь!
Коленопреклоненная фигура женщины, держащей калебасу. Народность балуба (Конго). Патинированное дерево. Высота 43 см. Королевский музей Центральной Африки, Тервюрен, Бельгия
<p>АДЕБАЙО ФАЛЕТИ
<a l:href="#n_299" type="note">[299]</a></p><p>Независимость</p><p><emphasis>Перевод А. Сендыка</emphasis></p>
