Когда раздается знакомый скрежет, они напрягаются, как бойцы перед выходом на ринг. Каблуки глухо цокают по ступеням, и появляется Паола в темно‑синем платье до пола. Волосы уложены в воздушную прическу, а макияж скрывает бледность и синяки под глазами. В дрожащих руках ксерокопии записей, испещренных рваным почерком, и кинжал с изогнутым, как волна, лезвием.
Анджело следует за ней, но первым делом направляется к Нике и разрезает скотч. Рывком отрывает от кожи, и Ника вскрикивает. С обидой смотрит на некогда улыбчивого и добродушного водителя, который при встрече напомнил ей медведя. Сейчас от этого сходства остались только клыки.
Когда Анджело освобождает Нику от пут, то дергает наверх и ставит на онемевшие ноги. И тут же наставляет на нее пистолет.
– Вдоволь наговорились? – улыбается Паола. – Скоро полночь. Наступит пятница, тринадцатое. Надеюсь, Стефано ввел тебя в курс дела? Ведь он тоже читал дневник нашего безумного прадеда. – И она машет ксерокопиями. Мельком просматривает их и кладет на стол.
– Можно сказать и так, – угрюмо произносит Ника.
– Я рада. Знаешь, в облике Джианны я чувствовала себя безопаснее, а сейчас ужасно нервничаю.
– Зачем вообще ты притворилась ею?! – Стефано рвется к сестре, но скотч надежно сковывает его бессильную ярость.
– Затем, что только так могла отвязаться от Габриэля, которого
– Удобно, когда на двоих одно лицо.
Паола хрипло смеется, но ее глаза остаются холодными и погасшими.
– Кто убивал девушек, если не Анджело? – переключает внимание Ника.
Если потянуть время, то вдруг Паола упустит нужный момент, и обряд сорвется. Мысленно Ника корит себя за детскую надежду.
Графиня фыркает и изучает ритуальный кинжал, будто пропустила вопрос Ники мимо ушей. Но ее пронзительные глаза говорят обратное.
– Викензо – сумасшедший гений, которому сходило все с рук. Он убил десять девушек и не был пойман. Сейчас времена изменились, и мне нужна была чистая работа. Анджело не справился бы, он слишком мягок. Все, что он смог, – то хранить мою тайну и выполнять мелкие поручения вроде пожара в подземелье. – Она снисходительно качает головой, а от ее слов Нику сковывает лед. – Пришлось нанять профессионала. Слава богу, когда у тебя есть связи и деньги, в современном мире нет ничего невозможного. Конечно, если бы Стефано женился, то спас бы три жизни. – Она смотрит на наручные часики с электронными цифрами и будто не замечает тихого стона брата. Снова переводит взгляд на Нику. – Проблемы возникли только с Фрэнкой. Сначала я хотела заказать ее первой, но поняла, что совершаю ошибку Викензо. Он тоже убил свою любовницу, хотя и сделал ее таковой, лишь бы подобраться ближе. Поэтому я испугалась, что подозрение падет на Стефано, и передумала. Вместо нее первой жертвой стала Патрисия – жена того идиота, который поливал грязью Стефано. Замечательная возможность совместить приятное с полезным. Вторая девушка была случайной. Главное условие, чтобы она была иностранкой. – Паола переводит дыхание. – А затем эта дрянь, Фрэнка Аттвуд, вновь заявилась к Стефано. И я не удержалась. Прости, Стефано. – Она почти ласково смотрит на брата. – В конце концов, у полиции все равно нет доказательств. А слухи как родились, так и умрут. Но даже ее смерть принесла мне неприятности, потому что киллер потребовал двойную плату. Только потому, что она ему понравилась! Убийство ангела стоит баснословных денег, даже если этот ангел – демон во плоти.
– Значит, пожар в подземелье?.. – с придыханием спрашивает Ника, но не находит сил договорить. Трусиха!
Паола с тяжелым вздохом закатывает глаза:
– Мими все знала. Почти все. Мерзкая девчонка подслушала наш разговор с Анджело, касающийся тебя, Ника. Несмотря на то что замок огромный, остаться в нем наедине невозможно. Везде уши! Я поймала ее и запугала интернатом, но она все равно пыталась тебя предупредить. Ее смерти я не хотела, я люблю Люсу, но Мими надо было устранить. А потом я узнала, что изредка по ночам девчонка ходит в подземелье, пытается воскресить мертвых родителей. И поставила датчик движения при входе в подвал. Когда она заходила туда, он сигнализировал на мой и Анджело телефоны. Конечно, было сложно подстроить пожар, но воображение девочки, гроза и темница сделали свое дело. Анджело плеснул на ее плед и стены жидкости для розжига. А свечи сыграли роль фитиля. Правда, он немного переборщил, поэтому пришлось разбудить Люсу, да еще сделать так, чтобы она ни о чем не догадалась. – Тон Паолы напоминает голос раздраженной учительницы.
– Ты все подстроила. – Стефано рычит и затылком ударяется о стену, словно хочет потерять сознание и забыть весь ужас.