— Вот именно! — ответил он. — А нужно ли это мне? Да нафиг не сдалось! Я не люблю убивать, и то, что мне приходится это делать, не доставляет никакого удовольствия. Сколько ваш мир потерял великих ученых, художников, музыкантов и изобретателей только потому, что их способности или место рождения предопределило всю судьбу?
— А в вашем мире пытались создать такое государство? — поинтересовалась Сильфина.
— Пытались, — вздохнул парень. — Но люди подобного плана, готовые стараться ради будущего, ради мечты невзирая на то, что сами ее, скорее всего, не увидят… Они рождаются только в тяжелые времена и быстро погибают или выгорают. Было бы их больше, прошло бы больше времени и, быть может… нам удалось бы победить людскую склонность к разрушению и всепоглощающей алчности.
— Сказал мужчина, который натаскал трофеев на два миллиарда.
— Так я и говорю… что нам не удалось, — Алексей так тоскливо посмотрел на девушку, что все ее слова встали комом в горле.
Тоска не по государству, а по несбывшейся мечте. Невозможной, осмеянной, опороченной, но столь желанной. Парень помнил, как в редкие встречи с дедом по материнской линии слушал его рассказы, которые запомнил все до единого. Легко смеяться над утопией, над мечтами целого, в чем-то наивного поколения, которое предали их же правители, которым народ всецело доверял. Но гораздо тяжелее понять людей, которые не закрывали дверь, потому что знали, что никто чужой не войдет. Которые могли помочь просто так, не прося денег. Которые отпускали детей гулять до полуночи, зная, что с ними ничего не случится. Они планировали будущее на годы вперед, не ожидая постоянных кризисов, безработицы и роста цен. В том государстве были множество проблем: сфера услуг, дефицит товаров, пропаганда, но было то, ради чего государства и создавались в принципе — уверенность в завтрашнем дне и безопасность.
Чем ближе Алексей приближался к базе Килмарис-ноль, тем больше хмурился. Он специально облетал базы поменьше, так как там все равно нет вышек квантовой связи, а значит и возможности подтвердить статус Сильфины, но было как-то слишком тихо. Не было караванов и скрыток, будто бы все вымерло. Чем ближе они были к основной базе, тем меньше встречалось животных.
Когда же они подлетели к самой базе на расстояние двадцати километров, он увидел причину. Возле базы на расстоянии двух километров висел девятисотметровый крейсер дроу. Это был звездолет, очень похожий по форме на старые дирижабли: длинная и широкая восьмиугольная серая «колбаса» со знаком Доминации на борту — вписанный в красный круг черный цветок, похожий на розу, который обвивал шипастый хлыст. Корабль был усеян надстройками из тяжелых и средних бластеров, а спереди торчало дуло кинетического ускорителя, который был длиною во весь корабль и даже немного выступал вперед. Из него, с промежутком в минуту, на огромной скорости вылетали раскалившиеся от трения снаряды и, врезаясь в полусферу щита базы, создавали чудовищные взрывы, которые были слышны даже отсюда. Бластеры же палили только перед выстрелом основного калибра. Это была основная тактика перегрузки щитов, так как единовременная нагрузка выводит их из строя гораздо быстрее. По этой же причине они стреляли практически в одну точку. Алексей не понимал, почему Килмарис не защищается, пока не приблизил изображение с сенсоров и не увидел, что четверть его представляет собой дымящиеся руины. Скорее всего, перед атакой была проведена диверсия, и теперь энергии хватает только на защиту.
— Мне кажется, что светлые в жопе, — сказал парень, отчего принцесса поморщилась.
— А можно не так грубо? — попросила не привыкшая к подобному кантинному слэнгу принцесса.
— Твои светлейшие подданные находятся в пренеприятнейшей ситуации, — усмехнулся Алексей, специально растягивая слоги и цыкнув напоследок.
— Знаешь, можешь говорить как в первый раз, это гораздо больше тебе идет, — сказала в ответ Сильфина.
Парень восхитился — так манерно посылать — с этим надо родиться.
— Так что делать будем? Полетим в другой сектор планеты? — поинтересовалась принцесса.
— И тебя совершенно не волнует судьба твоих подданных?
— Я не в праве тебе указывать, как поступить.
Девушка теперь знала, что парень ненавидит попытки манипулировать им. Если попытаться это сделать, то он скорее сделает все наоборот. Поэтому оставить решение на него было лучшим вариантом из имеющихся.
— Хотя лично я была бы очень благодарна, если бы ты помог и это помогло бы в будущем присудить тебе более высокий титул и награду.
— Вот! Вот! И почему разумные этого не понимают? Что прежде, чем обманывать, манипулировать или шантажировать, достаточно по-про-сить? — сажая аэроспидер в лесу на ближайшей полянке, задал риторический вопрос он. После этого Алексей вытащил запасной бластер из некого подобия бардачка и спросил: — Пользоваться умеешь?
