Когда я шёл до своей комнаты, меня терзали мысли, от которых на душе становилось гадостно. А что, если не было никаких заложников? И полиция внизу была вызвана специально для моего морального настроя? Что если Марти узнал, где работает оборотень, и взорвал этаж со всеми людьми? Ликантроп выжил, но огонь же был необычным, а потому у него не было иного выбора, кроме как обращения, и тут я. Очень вовремя. Оглушенный и растерянный, заживо горящий, он был вынужден накинуться на ближайшего смертного и постараться в ярости разорвать меня. Очень всё это было складным и реалистичным, вот только… что с того? Помимо того что у меня практически нет свободы из-за рабского контракта, так ещё и такие уроки были эффективными и удобными. В сухом остатке, всё это лишь мои предположения, логичные и умные, но не подкреплённые реальными фактами. Я вошёл в горящий этаж, и меня чуть не сожрал оборотень, напав первым. Вот только… я не стал охотником на ликанов, как и на стрыг. По идее, если бы они творили всякую дичь… стоп. Я ведь ничего такого не видел, а Максим первым напал на стрыгу, она защищалась, и это нельзя считать за преступление. Как и с оборотнем, я не видел, чтобы он устраивал вакханалию, не был непосредственным свидетелем бойни. И со стрыгами именно я со страху устроил геноцид. Возможно, злодей во всей этой истории не существа, а их истребитель.
Стоит ли задать вопрос Марти? Хочу ли я знать ответ?
Вампир шёл по тёмным улочкам почти спящего города. Были те, кто отринул естественный ужас перед ночью и тьмой, уподобляясь хищникам. Еда совсем позабыла за прошедшие века развития, кто на самом деле истинные хозяева этого мира. Это раздражало Вампира. Все эти книжки, фильмы, сериалы, где Владыки Ночи представлены были в самых различных, невероятных ролях и вариантах, но кроме реального. Глупая еда была удивительно творческой и плодовитой, собственно, поэтому Вампиры и позволили им существовать и ползти в сторону прогресса. Чем больше пищи, тем меньше проблем для вида. Хотя были и неприемлемые субъекты: охотники. Те, кто мистической волей самой реальности обретали навыки и знания, как и где уничтожать вампиров. Но это исключение, которое всегда подтверждает базовое правило отношений, где люди всегда выступают в качестве скота.
Владыка Ночи вошёл в один из неумолкающих клубов, где приятную тишину тьмы разрывали звуки противоестественные и мерзкие, от которых приходилось искусственно занижать собственный слух. Но Вампир с этим давно смирился и даже пересилил себя, понимая, насколько полезными для ночных хищников эти места скопления дармовой еды являются. Забывшие о страхе, наивные и прекрасные свинки всегда радовали Владыку Ночи. Очередная жертва вышла на улицу по каким-то своим делам, отбившись от стада, и Вампир немедля направился за ним. Самец на вид тридцати лет, здоров, алкоголя почти нет, одним словом — идеальный перекус.
Самец вышел на улицу и глубоко вдохнул прохладу ночного воздуха. На его лице играла довольная улыбка, а глаза были подняты во тьму небес. Вампир подошёл к нему и предложил сигарету. Самец оторвался от пустого созерцания вселенной и перевёл взгляд на него, и тут что-то произошло. Улыбка, что была на лице человека, стала широкой и искренней, словно он нашёл то, что давно уже искал. Вампир дёрнулся, его инстинкты завопили в тщетной попытке спасти своего хозяина, а затем человек резко дёрнулся, и мир померк и исчез.
— Смотри внимательно. Это не человеческое существо. Оно тоже может чувствовать и мыслить, но совершенно иными категориями, — пауза, и кто-то продолжил свою речь вивисектора перед разделкой подопытного. — Где люди руководствуются моральными нормами, вампиры — инстинктами, где вы используете разум, они — эмоционально чувственный сектор восприятия. Хотя есть здесь и кое-что забавное, они называют людей скотом, хотя сами являются лишь изменёнными магией людьми. По сути, они просто другая человеческая раса, не более. Но эти напыщенные снобы так кичатся своей мутацией, что считают себя выше других в пищевой цепи, — а потом раздался громкий и заливистый смех.
Вампир с великим трудом разлепил веки, и его взгляду предстало нечто, что не вписывалось в картину его мироздания: существо, висевшее без всяких приспособлений в воздухе, и его неудавшаяся жертва из ночного клуба. И эти двое вели непринуждённую беседу, не обращая внимания на очнувшегося Владыку ночи. Вампир попытался вырваться из оков, которых он, к слову, не ощущал физически, но чувствовал как-то иначе, до конца не понимая как. Его, существо высшего порядка, смогли не просто заблокировать или временно ограничить, совсем нет. Тело не ощущалось, словно он обратился в камень, и всё, что ему осталось, лишь беспомощно взирать на этих двоих.
— А вот и наш пациент очнулся! — Огромная улыбка разрезала напополам рожу монстра, и взгляд огромных глаз обратился на вампира. — Я заставил тебя притащить его сюда не из-за праздного любопытства или же долга защищать человечество от подобных существ.