Местятка скакал на север, надеясь встретить кого-то, кто скажет ему, куда идёт половецкий поезд. Остановился, стал смотреть. Мужик сказал, что караван большой, гружёный. Значит, пыль должна стоять столбом. И правда, издалека видно, что пыль тучей над дорогой летит. Туда скакать надо. Лошадь уже обалдела от всех этих гонок. А главное, жила себе не тужила. То ралом пахала. То на повозке репу или сено возила. Зимой дрова из лесу. А тут за два дня: и яружный, и болотница, и чёрт. То уши обещают отрезать, то медведем ржать приходится. Что в этот раз приключится?
Доехали до места - нет половецкого каравана. Идёт по дороге Немиза, повелитель ветров, и ветра перед собой гонит, перегоняет на север. Ветры норовят то в канаву придорожную улечься, то трáвы в поле кругами наломать, то в небо рвануть, облака погонять. Немиза на них покрикивает, в руке у него волшебный цветок джерамбай, он им по ветрам хлещет, спуску ветрам не даёт.
- Эх! - крикнул Местятка. - Не туда прискакал.
Лошадь решила дальше никуда не ехать. А чтобы претензий не было, вывалила на левый бок изо рта язык, а глаза скосила вправо.
- Что тебе? - спросил Немиза, с сомнением глядя на лошадь. Ведь какова лошадь, таков и всадник.
- Потерял я невесту, улу-хани половецкую.
- А где она?
- Куда-то на север с караваном путь держит. А вот куда? Но, далеко уйти не могла. У них коньки-горбунки гружёные приданым.
Немиза посмотрел косо:
- Эх ты, не коньки-горбунки. Называется сие животное - велеблуд.
Потом погонщик ветров подобрел.
- Ладно, постараюсь тебе помочь. Эй! - крикнул он ветрам. - Слетали быстро, посмотрели, где караван половецкий.
Вот ветры рванули. Сиверко строго на север путь взял. Пдага пошёл к западу заворачивать. Босоркун рванул через лес, только ветки зашумели, да шишки посыпались. Похвист, как старшой, не желал каких-то там девок искать. Он пронёсся над лугом, затем вылетел к реке, прошёл по лозняку, по камышу. Как славно шумит! Как славно гнутся деревья! Сзади всех вяло плёлся толстяк Догода. А хулиганистый Буревой полетел в Курск. Стал в тереме ставенкой постукивать. А когда Бык-Бур Яробуд выглянул посмотреть, кто там стучит, как хватанул его ставней по роже. Яробуд юшкой умылся, а Буревой за детинец, за стену, за ров, и ищи его в чистом поле.
Лошадь паслась. Местятка с Немизой, ожидая, от скуки играли в тогыз кумалак. Местятка всё время проигрывал.
И тут прилетел Босоркун и ещё издали крикнул:
- Нашёл. А я нашёл!
- Далеко? - подскочил Местятка.
Босоркун показал направление и сказал:
- От четверти дали треть будет.
Местятка попытался представить даль, чтобы от неё взять четверть, а от полученного - ещё треть. Ничего не смог представить: ни даль, ни треть, ни четверть.
- Не понял, - честно признался он. - Сложное для меня расстояние - даль. Не пойму сколько это.
- От Курска до Киева две дали выйдет без десятой, - пояснил Немиза, чем совсем запутал деревенского юношу.
- А вот если мерять, как от моей деревни до Ряпного.
Босоркун обиделся таким скудным мерам расстояния, но, посопев, сказал:
- Полтора от того будет.
- Ого, - обрадовался Местятка, - это хорошо. Они куда идут?
- Судя по всему во Вьяхань.
- До вечера не дойдут?
- Нет.
- Значит, остановятся где-то, - рассудил Местятка. - Вернее всего в Шестовице.
- А может до Дебрянска дойдут, - подсказал Босоркун.
Местятка посмотрел на лошадь. Та опять состроила такую рожу, что без слёз не глянешь.
- Вот что, - сказал лошади Местятка. - Сейчас до лесочка доедем. Я на опушке подремлю, ты пасись, поспи. А ночью, по прохладе, опять в объезд поедем.
Очень уж Местятке хотелось караван обогнать и на дороге красавицу встретить.
Улёгся Местятка на опушке и задремал. Вышли из лесу лис Сул, волк Джанавар и заяц Гьюл. Сели рядом, стали рассуждать.
- Если бы он был изрублен, - начал лис, - то мы бы его спрыснули мёртвой водой, и части бы его срослись.
- Был бы он мёртв, - продолжил волк, - мы бы его кропили живой водой, и он бы ожил.
- Но он жив, - сказал лис. - И что делать?
- Может его убить сначала? - задумался волк, которому очень хотелось испытать в деле мёртвую и живую воду.
И тут заяц влез:
- Раз он жив, его надо просто разбудить! - и как прыгнет Местятке на живот. Местятка проснулся. Смотрит, а это всего лишь звери балуются.
- Что вы не спите? - проворчал Местятка. - Ладно, заяц. А вы, мясоеды, что не спите? Вам ночью охотиться идти.
Волк посмотрел с иронией:
- Еды у нас хватает, - сказал он. - Не надо бегать за каждым зайцем.
Заяц покосился на волка.
- У нас, - продолжал волк, - недалеко двор Баркала. Он - мужик зажиточный. У него и бараны, и куры с гусями.
- А что ж вы Баркала этого не боитесь?
Волк потянул шеей, лениво клацнул челюстями:
- Утоп Баркал. Купаться пять дён назад пошёл и утоп. А жил один. Теперь всё наше.
- И вода живая и мёртвая, - похвалился заяц.
- А это откуда?
Волк посмотрел на зайца недовольно, но пояснил:
- Волхвовал Баркал. У него там много чего чудесного. А тебе чего надо: блюдечко с яблочком, шапку-невидимку или меч-полотенец?
- Какой, какой меч?
- Меч-полотенец. Им можно врага рубить, а можно после бани насухо вытираться.
