— На Менадии продолжаются масштабные протесты против увеличения квот на добычу агравита, — продолжала Палата. — Местные активисты утверждают, что разработка новых месторождений уничтожит экосистемы Восточного материка, а также может повлиять на гравитационные характеристики планеты, поставив под угрозу её сейсмическую и орбитальную стабильность. К экоактивистам также присоединились сторонники радикального движения «Менадия, открой глаза!», протестующие против активного вмешательства корпорации «Бойд-Уилкс» в жизнь планеты. В корпорации уже выпустили официальный пресс-релиз, отклоняющий обвинения…
— Дальше. — Хорошая попытка, антиглобалисты, но, как всегда, обреченная на провал. Найти управу корпорациям не может даже министр-президент. Можем мы, МГБ — но в конечном счёте от этого добра не жди. Агравит будет извлечен из недр Менадии до последней тонны. Наслаждайтесь жизнью, пока ваша планета не сошла с орбиты.
Наконец глайдер достиг здания Министерства. Отдельно стоящая высотка с несколькими обтекаемыми корпусами и висячими галереями напоминала крепость. Аппарат Ульфа привычно причалил бортом к обширному балкону двадцать пятого этажа — и улетел парковаться, как только хозяин покинул машину. Ульф поёжился от утренней прохлады и втянул носом воздух. Пахло опьяняющей свежестью — дождь прибил тяжёлый смог заводских выбросов. Приложив руку к гладкой металлической пластине ДНК-анализатора, Ульф зашагал по знакомому коридору Шестого управления.
Почему оперативный отдел внутренней разведки носил именно шестой номер — не знал никто. Вероятно, хаотичную нумерацию придумали с тем, чтобы сбить с толку всякого постороннего, кто попытается что-то выяснить о структуре Министерства. Впрочем, на таких имелось и Второе управление — контрразведка.
Когда Ульф уже подходил к кабинету, его окликнули по имени. Тонкий голос принадлежал Гуннару Олссону — и совсем не соответствовал его почти двухметровому росту и суровому бородатому лицу.
— Сато просил зайти. Говорит, что-то из ряда вон.
— Ты к нему?
Олссон кивнул. Пожав плечами, Ульф двинулся за ним. Если уж Сато считал, что дело необычное — значит, и впрямь будет интересно.
— Как отпуск? — поинтересовался Ульф. Олссон выглядел довольно устало, будто не спал пару дней.
— Прекрасно, — мрачно сказал он. — Ахла — сущий рай. Софи вообще в восторге. Но лайнер…
— Старая система? — понимающе спросил Ульф.
— Угу… И медленный к тому же, как черепаха в вакууме. Двадцать часов провалялся в гибернации — и это только вчера.
Ульф сочувствующе хмыкнул.
Путь к кабинету директора Сато занимал немного времени. За массивной, но изящной дверью из дерева панго оказалось довольно темно — комната освещалась только двумя узкими овальными окнами в дальней стене, будто глаза стального от туч неба заглядывали внутрь. Но в ясную погоду абрикосовые стены и огромный анимоковёр, вечно меняющий цвет и форму, делали интерьер весёлым до несерьёзности. Под стать хозяину.
— А вот и вы! — Тоёхару Сато, невысокий мужчина средних лет (по крайней мере, на вид), встретил пришедших взмахом руки, не вставая с края массивного армопластового стола. Сегодня он надел костюм ярко-сиреневого цвета. Весьма элегантный — но не в таком прикиде Ульф ждал бы увидеть шефа разведки. Если бы речь не шла о директоре Сато. — Ульф, повесь пальто, разговор будет долгий. Гуннар, как отдохнул?
Краем глаза Ульф заметил, как Ранда Моран закатила глаза. И перевела вопросительный взгляд на Ульфа. Тот только незаметно развел руками. Пора уж привыкнуть к обычаю Сато думать одновременно о работе и обо всём остальном. Из-за спины Ранды Ульфу отсалютовал последний из собравшихся — Линкольн Асайю, здоровяк под стать Гуннару. Ульф ответил тем же.
— Итак, — энергично произнёс Сато, щёлкнув в воздухе четырьмя пальцами. Рядом с ним развернулся трёхметровый виртуальный экран. — Как вам это?
На экране запустилось видео, двухмерное и не очень качественное. Запись с камеры наблюдения. Длинный тускло освещенный тоннель — где-то на низших уровнях города, похожего на Эскавиль. Вероятно, это и есть Эскавиль, подумал Ульф — тоннель Кэмп-Форчун, место скопления самых отъявленных негодяев столицы. Вдоль тянутся однообразные задвижные двери: торговые лавки, увеселительные заведения, чьи-то дешевые квартиры, похожие изнутри на вытянутые норы.
— Фрагмент, — скомандовал Сато. Картинка увеличилась — теперь весь экран показывал дальнюю часть тоннеля-улицы. Ещё один такой же примыкал сбоку — оттуда только что вышел человек, одетый во всё чёрное. Лицо его скрывал капюшон — но лишь отчасти.
— Стоп, — сказал Сато, когда человек бросил взгляд на камеру. Запись остановилась. — Помните эту хитрую морду?
Олссон издал утвердительный звук, Асайю усмехнулся — мол, ещё бы не помнить. Эту вытянутую лысую голову с огромным ожогом вокруг левого глаза каждый во внутренней разведке узнал бы с первого взгляда. Стефан Крушевски, более известный как Спотти Стив, слыл самым опасным убийцей как минимум на Эскаане — а то и во всей Лиге.
— Подсказка, — сказал Сато. — Его сейчас убьют.
А вот это поворот.
