– Если идти пешком, – Вика тяжело дышала и не улыбалась, – можно не торопиться, а если верхом – следует нестись на полной скорости. Чёрт возьми, Михаил, ты узнаёшь самые сокровенные секреты! Мне их сообщили на четвёртом году обучения.
– Спасибо за доверие. – У меня ком к горлу подступил. – Как я понял, мы прошли последний секрет, о котором узнали Меченые?
– Да, поэтому дальше идём очень осторожно. Нужно добраться до Перевала, чтобы никто нас не сумел заметить. Гляди по сторонам и будь очень внимателен.
Вдоль обрыва, почти подступая к самому провалу, тянулась почти отвесная каменная стена. На редких выступах лежал снег, невесть как задержавшийся под шквальным ветром, и висели острые клыки сосулек. По коричневой стене скалы протянулись белые тонкие трещины, заполненные льдом. Ни единого зелёного пятна; если здесь когда-то что-то росло, то сейчас оно спряталось глубоко-глубоко.
Впрочем, сейчас мне было не до суровых красот зимнего мира. Ураганный ветер выдувал последние остатки тепла из-под рубашки и джинсов, заставлял ощущать себя ещё одной сосулькой, которую почему-то водрузили на лошадь. Хотелось спрятать руки куда-нибудь, хоть в карманы. Но тогда я точно улетел бы с коня в близкий провал. Очевидно, дрожь в теле стала такой сильной, что не заметить её было невозможно. Вика повернулась.
– У тебя нос белый, – заметила она и нахмурилась. – Потерпи немного, скоро станет теплее.
Честно говоря, у меня имелись сомнения, что я до этого «скоро» доживу вообще.
Вдруг конь, повинуясь всаднице, свернул в незаметный проход, рассекающий монолит скалы. Однако и здесь чёртов ветер продолжал своё мерзкое дело, причём, как мне казалось, умудрялся дуть и спереди и сзади. Что-то затрещало, и на наши головы посыпались мелкие камешки вперемешку со снегом. Вика тут же остановила коня и, запрокинув голову, стала долго изучать верхние края расщелины. Преодолевая дрожь в теле, я тоже взглянул вверх, но не увидел там ничего, кроме низко летящих туч.
– Может, ветер? – с сомнением спросила спутница и покачала головой.
До конца расщелины мы не добрались. Вика вновь остановила коня и принялась щупать каменную стену, там, где чёрная трещина уходила вверх, упираясь в гроздь ледяных кристаллов. Тут же хрустнуло, и кусок скалы ушёл под землю, открывая прямоугольный зев тайного хода. Оттуда сразу повеяло долгожданным теплом. Да неужели?
– Пригни голову, – посоветовала девушка, но её предупреждение несколько запоздало. Конь уже начал движение, а я приложился лбом о твёрдый козырёк. – Сейчас станет немного темно, но ты не бойся.
Захрустело – и камень за спиной стал на место.
Немного темно? Или, блин, хоть глаз выколи? Впрочем, иногда становилось чуть светлее. Ну, когда искры сыпались из глаз, потому что я продолжал биться башкой о всякую невидимую хрень. А ведь шишка на лбу только начала проходить. Но все неприятности компенсировались теплом, которое осторожно ласкало дрожащее тело и заставляло совсем уж замороженные части испытывать болезненную ломоту. Полностью я не согрелся, но, по крайней мере, вновь обрёл желание жить.
Мы опять остановились, и я скорее ощутил, чем увидел движение впереди. Кажется, Вика чем-то там занималась. Здорово, если подумать, мне открывали все секретные секреты! Я, хоть меня пытай, не смог бы сам пройти по тайному пути. Что она там нажимала? Или поворачивала? Хрен его знает.
Потом появилось чувство, похожее на то, когда едешь в лифте. Конь нервно заржал и переступил с ноги на ногу.
– Спокойнее, – пробормотала девушка, и я не понял, кого она конкретно успокаивает. – Ещё немного…
И точно. Движение прекратилось, а впереди появилось светлое пятно. Туда мы и направились. Вновь подул ветер, но на этот раз не такой обжигающе холодный, скорее, как в позднем октябре. Впрочем, моя рубашка не могла защитить даже от такого, поэтому дрожь мало-помалу возвращалась.
– За Перевалом есть домик с камином, – ободрила Виктория. – Там мы согреемся и сможем запастись подходящей одеждой. Осталась последняя ловушка и Тайная тропа. Уже недолго.
Следующая западня выглядела как цепочка деревьев, напоминающих ивы, сбросившие листву. Они перегораживали расщелину, куда мы вышли из пещеры. Внезапно я ощутил давление тяжёлого неприязненного взгляда. Казалось, будто смотрят именно деревья. Кроме того, неприятные чувства вызывали голые ветки, опущенные к самой земле. Точнее, их непрерывное подёргивание. Вроде бы их шевелил ветер, а вроде бы и нет. Однако, чтобы добраться до края расщелины, требовалось пройти именно под деревьями. Обойти неприятную растительность не получалось.
– Сюда, – пробормотала Вика, обращаясь, как мне показалось, к самой себе. – Кажется…
