– Ты спишь, – пояснил «будильник» и вновь потащил за рубашку, – а ритуал вот-вот начнётся. И когда он закончится, то повернуть вспять всё это станет невозможно. Понятно или стукнуть ещё раз?
Он погрозил своей клюкой, а я схватился за ухо. Лоб, затылок, а теперь ещё и ухо. Просто великолепно!
– Не стоит, – сухо заметил я, поднимаясь. – Тебя-то это с какого перепугу волнует? Меня-то понятно…
– Имею свой интерес, – недобро усмехнулся старикан и указал пальцем: – Тебе – туда. И запомни одно: прибежишь на место, не вздумай вести разговоры, уговаривать или просить. Просто хватай Леди Оксану и тащи её прочь из круга. Опоздаешь или начнёшь сопли разводить – пиши пропало. Беги, идиот!
Я уже начал было бежать, как в голову раскалённой иглой вонзился вопрос: а эта рухлядь вообще откуда тут взялась? Мы преодолевали кучу ловушек, бежали по пропасти и сражались с Мечеными, а он как? Я обернулся и обнаружил два лежака, стол и родник. Загадочным пенсионером даже не пахло. Третий раз он проделывал этот фокус. Впрочем, где я нахожусь? В магической, мать её, Стране, где водятся всякие волшебные твари и чародеи.
«А если продолжишь втыкать, – проворчал внутренний голос, имитирующий голос странного деда, – то просрёшь все полимеры и горько пожалеешь».
М-да, ночью проклятый сад показался ещё более запущенным, чем при свете дня. То и дело я наступал на какие-то корни и сучья, пинал камни, а голова норовила застрять в паутине или встретиться с веткой, растущей аккурат напротив лба. Чёрт возьми, я уже было решил, что заблудился в зарослях, когда обнаружил по правую руку строение, в котором с некоторым трудом узнал жилище Леди.
Кроме того, деревья начали редеть, а ещё немного – и пропали вовсе. Перед глазами объявились тёмные громады гор и долина, серебрящаяся в свете луны. Однако я мигом забыл обо всей этой красотище, стоило увидеть, как впереди в небо поднялся столб синего света. Вокруг луча плясали разноцветные искры, и вроде бы я даже услышал далёкий треск.
Ритуал начался.
А бежать предстояло очень далеко. Сцепив зубы, я рванул вперёд и тут же споткнулся о что-то мягкое, сонно заворчавшее. Поднялась голова, и в свете луны я рассмотрел блестящий рог. Только вас ещё не хватало!
– Прости, дружище, – выдохнул я и повторил старт.
Нестись по полю оказалось не намного проще, чем блуждать между деревьями: высокая трава цеплялась за лодыжки, пыталась сорвать туфли и скрывала неожиданные ямки, от которых ноги подворачивались до хруста в суставах. А по виду – абсолютно ровная серебристая поверхность.
Впрочем, под ноги-то я почти не смотрел. Взгляд был прикован к столбу света, рассекающему звёздное небо. Луч успел изменить окраску до угрожающе красного, а искры сыпались так, словно зажгли миллион бенгальских огней. Треск теперь слышался совершенно отчётливо, а вот звуки какой-то мелодии доносились лишь отрывками. Но точно не марш Мендельсона.
Лишь когда равнина обозначила заметный спуск, а впереди плюхала вода и повеяло сыростью, я сообразил, что там – река. А мостик остался где-то далеко слева. Бежать к нему просто не осталось времени. Да и силы, откровенно говоря, начинали заканчиваться. Искренне надеясь, что водный поток не обладает стремительностью горной реки, я рванул вперёд, мысленно подготавливаясь к грядущему купанию в холодной воде.
Ну ни хрена себе! Никакая подготовка тут не поможет. Вода оказалась ледяной, как тот ручей, где мы мочили ноги, путешествуя по Кавказу. Но там – только ступни, а тут я погрузился по самую шею. Кроме того, течение всё же оказалось не из слабых и тут же принялось сносить меня вправо. Приходилось упираться ногами, загребать руками и громко материться губами.
На противоположный берег я выбрался почти обессиленный и напрочь замёрзший. Лишь каким-то невероятным усилием удалось вздёрнуть на ноги сосульку тела и погнать её вверх. Туда, где световой столб начал переливаться всеми цветами и оттенками радуги, а его основание почти скрылось за шипящими искрами.
Одно утешало: место ритуала оказалось совсем рядом, так что я уже отчётливо различал громкие голоса и музыку, чем-то напоминающую исполнение симфоническим оркестром какой-то роковой баллады. Должно быть, всё это смотрелось очень красиво: горы, звёзды, магический салют и двое в центре светового круга. Ага, и тёмная скрюченная фигура, ковыляющая во мраке, чтобы разрушить светлое торжество. Вот что чувствуют злодеи перед тем, как сотворить нечто нехорошее: дикую усталость и холод.
Когда я доковылял до ритуального круга, Леонид и Оксана, прежде державшие друг друга за руки, отступили на пару шагов и посмотрели вверх. Замечательно, значит, никто из них не увидит, как я прибуду на праздник. Где там Вика? Стоит с противоположной стороны светового столба. Руки опущены и ладони пусты – выходит, атрибуты уже внутри. Вопрос, успели ли ими обменяться?
Нет времени для вопросов.
Когда я приблизился вплотную, Вика наконец увидела меня, и её глаза поползли на лоб. Девушка открыла рот и устремилась ко мне.
Поздно.
