Я не выпускал Кровопийцу из ладони, но меч почти всё время молчал, как я его и просил. Лишь иногда в сознание проникали странные звуки, как если бы одушевлённый клинок пел какие-то песни. Впрочем, вслушиваться особо не хотелось: в неразборчивых напевах ощущалась плохо скрываемая ярость и совершенно не человеческая тоска.
Ну а полной тишины никто и не обещал. И если природа ограничивалась тихим гудением равнодушного ветра, избегая даже птичьего пения, то у людей такого и близко не наблюдалось.
Марк и Светлана, шедшие впереди, слаженно мычали нечто смутно знакомое. Глухо бубнил Семён, показывая Егору загадочные знаки из замысловато сложенных пальцев. Командир временами замедлял шаг и пытался объяснить товарищу, что у него сейчас геморрой покрупнее давнего долга в гостинице. С каждой задержкой геморрой становился всё крупнее, а его местоположение всё время меняется. В общем, к полудню я узнал о долге на рынке, у кузнеца, у медика, колдуна и ещё у полусотни не менее колоритных личностей. Кажется, Семён успел обзавестись знакомствами со всеми торговцами Страны. Наверное, ему проще было перебить всех Меченых, чем возвращаться назад.
Впрочем, скоро к моим сопровождающим присоединился Морис, и следить за разговорами вперёдсмотрящих стало проблематично. Парень всё время дёргал себя за надорванное ухо и сыпал анекдотами. Ло и Франк принимали истории со сдержанным пониманием, а я вот вообще не врубался. Почему Ефим так убегал от чёрного кота, когда встретил его на крыше? Зачем Луиза распустила волосы, когда её муж-бондарь уснул в бочке? Кто такие эти парни в масках дракона, которые бегали перед домом бургомистра? Почему шишига обделалась при встрече с королём вампиров? А Мориса просто распирало от хохота, да и остальные явно были в теме.
– Непонятно? – спросил Саша, беззвучно шагавший рядом.
– Ни хрена, – выдохнул я. – Просто непереводимая игра слов, мать её. Расскажи лучше, как сюда попал. А то дедуган этот чокнутый сказал, типа у меня по-другому получилось, чем у остальных.
– Угу, – согласился спутник. – Дед этот, кстати, очень мощный чародей. Возможно, самый мощный в Стране. Сам себя он никак не называет, но в одной из книг попалось описание кого-то, очень похожего. Там его звали Забытым.
– Забытый? – Мне показалось, меч встрепенулся и прекратил свои дикие песнопения. – Ладно, так что там с пришествием в Страну?
– Через Перекрёстки. – Саша пнул серый бугорок под ногами, и тот рассыпался мелкой пылью. – Мёртвая земля – тьфу!.. Сначала мы заблудились, машина заглохла, а завести её так и не получилось. Костя, мой парень, предложил пройти до шоссе…
– Так ты – девушка? – осторожно спросил я и получил в ответ огромные глаза. – Прости.
– А я ещё думаю, чего это ты ко мне так странно обращаешься. Естественно, девушка. Была, – вдруг хихикнула она. – Ты, главное, Морису не говори, а то он наплетёт с три короба. Эта сволочь живёт со мной и, сильно подозреваю, с одной купчихой. Вернёмся, я ему яйца отрежу.
– Ладно, – улыбнулся я, глядя на сыплющего анекдотами рассказчика, который ещё не подозревал о грядущей операции. Тот, видимо, что-то ощутил, обернулся и послал Саше воздушный поцелуй. Та в ответ показала язык. – Ну, дальше: Костик твой пошёл искать шоссе.
– Угу, вот только забрёл куда-то не туда, – девушка поморщилась, точно в её голове появились неприятные видения, – в какие-то поля, болото, дорога заросшая – глухомань жуткая. Вышли к шалашику, а там костерок горит, и дед с о-отакенной бородой суп в казанке варит. Неприветливый старикан. Указал дорогу и сказал, чтобы валили быстрее. Федька ещё ему хотел в лоб дать, еле отговорили.
– В лоб. Подорожнику, – поддакнул Ло, который присоединился к нам. Кажется, рассказы Мориса его успели достать. – Жаль, не дал. Хоть узнали бы, как это.
– Говорят, самого старого кто-то прикончил, – вот и Франк подтянулся. – И ничего не произошло. Правда, Средний теперь заговариваться начал и время от времени несёт всякую чушь.
– Ага, значит, вы, мерзавцы, променяли мои остроумные истории на унылое говно этой ничем не примечательной… – Франк хлопнул Мориса по загривку, а Саша вновь показала язык. – Ладно, рассказывай, мне тоже интересно.
– Интересно ему, – вздохнула девушка. – Пошли мы туда, куда старик дорогу показал. Идём, а сердце не на месте: стемнело, всё небо тучами затянуло, а за спиной такой звук, будто стая ворон кричит. Ветер поднялся, да такой странный: в затылок дует, чуть голову не отрывает, а обернёшься – тишина. Прошли около километра и вышли на Перекрёсток.
– Очень странная штука, – подтвердил Ло. – Я, когда такую посреди Шанхая увидел, решил, что с ума сошёл. И главное – все люди куда-то исчезли.
