– Вы удивительно беспечны для бойцов, недавно потерявших своего товарища, – сварливо заметил старик и подошёл ближе. – Так, чтобы немного взбодрить компанию раздолбаев, могу сказать, что вас окружили со всех сторон. Посему имеется два варианта развития событий. Первый: отважно, но глупо погибнуть в бою, просрав всё на свете, или… Подвинься, – это он Марку. Когда тот торопливо отсел, дед разместился у костра. – Или просто тупо утонуть в болоте. Что выбираете, гении?
Егор потерянно посмотрел на товарищей, словно надеялся получить от них разумный ответ. Затем повернулся к гостю и пожал плечами. Тот принялся довольно кудахтать. Потом щёлкнул пальцами, и печальный ослик подошёл к хозяину, встав к нему правым боком. Дед, не поднимаясь, снял с животного кожаную сумку и принялся рыться в её обширных недрах. Достал что-то, завёрнутое в тряпку, и развернул. Запахло свежеиспечённым хлебом и чем-то мясным.
– Пирог из Узнарра… – с непередаваемым выражением на вытянувшейся физиономии протянул Морис, и его длинный нос стал ещё длиннее. – Всегда узнаю этот запах. Полжизни бы отдал…
– Не стоит, – заметил старик и бросил ему кусок. – Жизнь стоит отдавать только тогда, когда это реально необходимо. А за пирог, деньги или власть – глупо. Угощайтесь.
Каждый получил по куску ароматного пирога, и я тоже смог оценить мастерство неведомых пекарей. Ну что же, Морис был прав: это действительно произведение кулинарного искусства высшей пробы. Мало того что пирог натурально таял во рту, так я ещё и почувствовал искры энергии, которые скользят в мышцах, возвращая им утраченные силы. М-м…
Пока бойцы занимались угощением, старик застегнул все кармашки на сумке, повесил её обратно и вдруг повернулся ко мне:
– Руку покажи.
– Что? – с набитым ртом получилось, как «Ф-фо?», но меня поняли.
– Руку, говорю, покажи. – Старик внимательно рассмотрел едва зажившую рану и несколько раз сильно дёрнул себя за чахлую поросль на тощем подбородке. Потом полез в недра своего дряхлого одеяния, недовольно ворча: – Ну что же за жизнь такая? Пока ты рядом, всё идёт нормально, а стоит отлучиться – и всё летит к чёртовой матери. Балбесу этому голову оттяпали, тут – болячку прицепили.
Дед достал крохотный кожаный мешочек и вдруг, совершенно неожиданно, сыпанул на мою рану ярко-алую пыль. Я едва не подавился последним куском, потому что по ощущениям огненная гадость насквозь прожгла ладонь и просыпалась через получившуюся дырку. Я даже изучил руку: нет, всё в порядке, разве что на месте шрама образовалось нечто, напоминающее полупрозрачную нашлёпку.
– Будет чесаться, – предупредил дедуган и заглянул внутрь мешочка: – Мало осталось. Э-эх, приходится переводить на всякую ерунду! Так вот, начнёт чесаться – не вздумай драть, кровью изойдёшь. Через сутки напасть пройдёт – будешь как новенький. Кровопийце передай: не знает, что творит, – пусть вообще рыло не суёт. Лучше пусть следит, чтобы его опять не усыпили.
– Кто, Душегуб?
– Возможно, – как-то странно замялся старик. – Ну и ещё одна добрая новость: Душегуб принадлежит Леониду.
Я поморщился, а старик крякнул:
– Сам понимаешь: на то и кот, чтобы мыши не дремали. Надеюсь, никто не думал, будто удастся по-лёгкому смотаться в Сердце Печати, сплясать перед носом у Повелителей и, поплёвывая, вернуть Леди?
– Джон точно об этом не думает, – угрюмо бросила Светлана и, отряхнув руки, уставилась на старика. – Ну и что в этот раз? Наставления, советы или порция издевательских историй?
– Хотелось бы, – дед не выглядел смущённым, – однако, к моему большому сожалению, времени не так много. Иначе я припомнил бы пару великолепных историй об одном мастере боя. Кстати, по странному совпадению она тоже была женщиной, – словно невзначай заметил старик, и Морис на это хрюкнул. Света показала ему кулак. – О её похождениях слагали такие легенды…
– А в них не рассказывали, как она вырвала язык одному болтливому колдуну?
Марк положил ладонь на плечо девушки, но та раздражённо сбросила руку товарища.
– Если ты пару раз вытащил мою задницу из неприятностей, это не значит, что можно стебаться надо мной при каждой встрече.
– Остальные воспринимают конструктивную критику куда спокойнее, – кивнул старик на меня. – Бери пример с нашего доблестного Лорда. Каждый раз, когда я называю его идиотом, он молчит, а это означает, что я прав. А ведь в правде сила, да, брат?
Егор и Семён прыснули. Следом за ними и остальные, хоть, судя по всему, смысла шутки не поняли. Даже Светлана расслабилась и позволила своему татуированному другу обнять её за плечи. Обстановка разрядилась, и наша ситуация прекратила казаться беспросветно безнадёжной.
– Так вот… – Старикан потёр руки и хлопнул осла по крупу, вынудив отойти от костра. – Через полчасика мы начнём наше болотное житьё-бытьё, и каждый желающий стать принцем получит возможность чмокнуть любую понравившуюся ему жабу. Кто знает, возможно, среди них скрывается заколдованная принцесса? А пока можете задавать вопросы.
