Я передал информацию, полученную от меча, и Егор задумался, почёсывая бровь. Потом осмотрел своих людей и сказал, что им предстоит небольшая пробежка. А может, и большая, в зависимости от величины башни и настойчивости живого-неживого. Франк заметил, что дед ни словом не упомянул об этакой пакости, а Семён высказался весьма изысканно, но совершенно неприлично. Всё это не отменяло того факта, что бежать придётся очень быстро и, возможно, долго.
– Нужно сделать факел, – сказал Семён, когда фонтан его красноречия иссяк. – Иначе – трындец, в такой-то темени!
Осветительный прибор удалось соорудить довольно быстро. Нашлись и специальные палки, и ткань, заранее пропитанная чем-то едким и вонючим. Впрочем, горело всё это весьма неплохо и давало приличный радиус освещённости, как это обозначил Ганс. Видимо, прежде здоровяк работал учёным или типа того.
Когда мы зажгли пару факелов, Егор сказал, что этого вполне достаточно. В тот же миг из мрака провала донёсся истошный вопль, напоминающий агонию странного механического дельфина. Звук шёл откуда-то сверху. Все замерли.
– Нехрен стоять! – прошипел Семён и, подняв факел, побежал вперёд. – Ждёте, пока они наружу поползут?
Не знаю, кто такие «они», но ждать их совсем не хотелось, поэтому наша дружная толпа тут же рванула вперёд. Уже внутри разрушенной постройки Кровопийца недовольно проворчал, что он может и ошибаться, но вроде за нами следует кто-то из Меченых. Однако ощущение присутствия врага было очень слабым, поэтому меч не мог назвать количество преследователей. Впрочем, на них времени не оставалось совсем.
Внутри постройки было темно, точно в угольном мешке. Пламя пары фонарей обратило бегущих людей в смутную слитную массу, будто по хрустящим камням торопилась бесформенная амёба, отбрасывающая вокруг безобразные жуткие тени. В пляшущем свете рассмотреть подробности интерьера было практически невозможно, и ясно одно: здание очень велико. Да, и временами из мрака появлялись некие предметы совершенно непонятного назначения. Правда, их величина как бы намекала на гигантский рост строителей.
– Сверху! – внезапно крикнул Франк, и факел в руке Семёна качнулся и замер.
Они напоминали больших светящихся пауков, состоящих из одних тонких линий, и спускались на каком-то слабо мерцающем пунктире. Ярче всего горели глаза, или чем там ещё являлись полтора десятка жёлтых точек между лапами. Выглядело всё это не очень страшно, будто я видел украшения неведомых аниматоров к Новому году. Но потом твари принялись вопить, и уже страшно стало по-настоящему.
Все и до этого бежали быстро, а вот теперь темп бега стал таким, что я начал задыхаться. Странно: большую часть своего пребывания в Стране я или преследую кого-то, или от кого-то удираю. Отдыхать обычно приходилось в реальном мире. А хотелось бы и здесь просто спокойно посидеть, выпить пивка, закусить… Ф-фу, домчаться бы до выхода, пока твари не успели добраться до нас.
А непонятных предметов на нашем пути становилось всё больше. И если некоторые хотя бы отдалённо походили на шкаф или стол, то для чего предназначались кручёные раковины на ножках или вросшие друг в друга конусы, я и предположить не мог. Но всё это здорово замедляло бег, а пауки продолжали опускаться всё ниже. И от их размеров становилось не по себе. Кажется, одна тварь могла запросто проглотить меня и не подавиться. Утешало лишь то, что гадость снижалась за спиной, так что путь к выходу оставался свободен.
– Вон там! – крикнул Семён, и факел в его руке указал на серое пятно прямо по курсу. И я ощутил дуновение ветра. – Быстрее!
До выхода оставалось метров пятьдесят, не больше, когда пауки спустились до земли. Сначала я услышал шипение, напоминающее треск электрических разрядов, а потом жуткий неживой вопль вновь разорвал тишину на лоскуты. И, чёрт побери, начал очень быстро приближаться! Такое впечатление, будто твари сели в автомобиль. А пронзительный вопль не утихал, отчего в ушах начало звенеть, и хотелось присесть, закрыв уши руками.
Внезапно сирена утихла, а где-то позади началась какая-то непонятная возня. Похоже на потасовку. Но никто из нас не стал задерживаться, чтобы поинтересоваться происходящим. Чур их всех, чур! Может, они какой-то кусок не поделили и теперь выясняют отношения. Нам это только на руку.
