Он висел в межзвездном пространстве, не двигаясь, словно качаясь на невидимых глазу волнах. Сначала молодой человек запаниковал, но, поняв, что в любой момент может выйти из этого черного безвременья, он успокоился. Осмотрелся вокруг, и увидел какой-то свернутый вчетверо лист пластобумаги на своих ногах. Он развернул его и понял, что это карта. Но понять обозначения на ней молодой человек не смог, как не старался. Он понял, что пока не готов не только последовать по маршруту, зафиксированному на ней, но даже понять что именно на ней обозначено. Однако он понял и то, что то место, куда ведет эта карта имеет огромную ценность как для него, так и для обитателей галактики. Поэтому Сорин решил убрать карту и изучить ее впоследствии. Вдруг что-то и удастся понять во всех этих каракулях, начертанных на ней. Но карта была сильно объемная и не помещалась в карманы. Он ещё размышлял, как поступить, но в этот момент на карте загорелись три знака, нажав на которые он уменьшил ее до нужного размера.
Сорин вышел из транса и посмотрел на свои руки. В руках он держал тот самый куб. Так вот, значит, что это такое. Карта, ведущая к чему то важному. Он поискал на сторонах знаки, которые увидел во время транса и найдя их, нажал все три одновременно. Куб по его желанию уменьшился до плоской, миллиметров в пять толщиной пластины и размером три на пять сантиметров. Глядя на эту пластинку чистого белого цвета, он вспомнил про углубление с внутренней стороны браслета, которое он заметил, когда осматривал его. Небольшой тайник как раз для таких секретов.
Но браслет очень плотно облегал руку и Сорину показалось, что тот даже вроде бы прирос к руке. Отстегнуть его не получилось, как он ни пытался. Застежки, которыми он защелкнул браслет на аграфском фрегате словно исчезли, растворились в растительном орнаменте и теперь браслет представлял собой этакую цельнометаллическую трубу, плотно, как чулок, натянутую на руку. Повозившись с полчаса и до крови ободрав руку, он все таки смог запихнуть пластину с картой в потайной кармашек браслета. О том, как вытаскивать карту, когда она понадобится, он не думал. На сегодняшний день самым главным было сохранить эту вещь. А из браслета она могла выпасть только вместе с отрубленной рукой. И вот тогда уже будет абсолютно все равно, есть у него эта карта или нет.
Сорин встал в воронке и размялся. Сейчас ему предстояло преодолеть ещё одно испытание. Пройти по открытой местности под прицелом орудий базы до спасительного ущелья. А это в данный момент было серьезной проблемой. Израненное тело болело и плохо подчинялось. Оно могло отказать в самый неподходящий момент. Но лежать тут на ветру - тоже не дело. Пол фляги воды и почти триста километров не самой легкой дороги заставляли его поторопиться.
Он вылез из воронки и прячась за телами убитых архов начал свой нелегкий путь. Идти было тяжело несмотря на то, что почти не пришлось пригибаться. Он скользил по поверхности, обильно сдобренной развороченными внутренностями архов. Проваливался в воронки, полные кусков тел убитых пауков.
Архов было нереально много. Сейчас, пробираясь по полю битвы, Сорин осознал, что в лучшем случае своими мечами покромсал процентов десять от общего числа пауков. Остальных уничтожили орудия непосредственной обороны базы. Была бы возможность, он обязательно добрался бы до базы и сказал бы спятившему искину огромное человеческое спасибо за так своевременно оказанную помощь. Но увы, нет ни времени ни желания рисковать жизнью ради такой малости как признательность искину, уже второй раз чуть не уничтожившему его. Ведь искин долбил по небольшой площади всеми своими орудиями, работая на уничтожение всего живого на том пятачке. Только чудом он выжил.
Ближе к вечеру он все таки добрался до горловины ущелья. Но, перед тем, как скрыться в спасительном полумраке, он остановился на пятачке, чистом от останков пауков, повернулся в сторону базы и поклонился, выказав тем самым свою благодарность . В последний момент он заметил орудие, направленное прямо на него. Но выстрела не последовало и он покинул негостеприимное плато.
Добраться до пещеры, в которой несли свою вахту дроиды, труда не составило. Они приветственно махнули передними манипуляторами. Не останавливаясь, он приказал забрать капсулу с аграфским пилотом и через несколько минут они отправились в путь. Идти с каждым шагом становилось тяжелее, но Сорин решил идти всю ночь, благо в темное время суток ветер в горах стихал. Он хотел убраться как можно дальше от этого аварского корабля. Ему казалось, что не все архи полегли на плато, и как минимум, довольно сильная их группировка все еще бродит по окрестностям во главе с озлобленной королевой, потерявшей множество своих детишек.
