— Ну здравствуй, возвращенец! — мягко улыбнулась она. — Кажется, мама тут тебе все новости рассказала, не знаю даже, что и добавить…
— Ты скажи, как умудрилась разыскать меня в Питере?
— Наверно и не нашла бы, если бы не твой мобильник. Когда ты не появился на игре, я начала названивать, но телефон молчал, а поздно вечером мне ответил чужой голос и стал интересоваться, кто я такая и по какому поводу звоню. Это был сотрудник милиции. Ваши тела обнаружила девочка, гуляющая возле дачи. Ксению не удалось спасти… ее уже похоронили. Ты слишком долго был в коме, — Мила все тише произносила тяжелые слова.
— Да, я знаю: восемь дней, — грустно признал Влад. — Но не все так плохо…
— Но откуда ты знаешь? Никто ведь не говорил тебе, сколько времени прошло, — удивилась девушка.
— Я много чего знаю, — пошутил Влад. — Только боюсь, не запихнули бы меня из-за этих знаний в психушку… Ты лучше скажи, как я здесь оказался?
— Араик Георгиевич…
— Понятно, опять не стерпел издевательств над его любимым маркером?
— Что-то вроде этого, — кивнула девушка. — Устроил тебя в эту клинику и оплатил все лечение вперед.
— М-да, дела… — задумался Влад, как бы втолковать Миле мысль, что он опять уйдет в неизвестность на долгий срок. — Слушай, хоть ты не смейся! Я ведь серьезно этому доктору сказал: даже и не пытайтесь меня будить еще два дня. Просто лечите тело — не давайте мышцам атрофироваться, а ранам загнить. А потом я вернусь — обещаю!
— Странный ты… если и отключишься — куда ж мы денемся? Будем за тобой ухаживать. А врачам все равно, лишь бы зарплата шла…
Было видно, что Мила хочет сказать что-то большее, но никак не решается. Поэтому Влад попытался прояснить ситуацию:
— Милая Мила, если ты думаешь, что все еще обязана мне тем, что я помог тебе найти хорошее место работы, то знай: ты уже дважды оплатила по всем счетам. Пойми: того Влада, что был когда-то свободным маркером, больше нет, и он никогда не вернется. Вместо уверенного и обеспеченного денди будет поврежденный телом и умом выродок, которого вряд ли будут сильно интересовать земные утехи…
— Такому инвалиду тем более понадобится защита и уход, — усмехнулась девушка и, тряхнув своей великолепной гривой черных волос, обиженно закончила. — Только не думай, что кто-то тут навязывает свою дружбу. Если я тебе неприятна…
С этими словами девушка встала. Влад не мог отпустить ее с обидой в душе и в попытке ее остановить приподнялся в постели:
— Мила, я никогда… — но не смог договорить, так как от неожиданной перегрузки сознание снова закрыл полог беспамятства…
Он стоял на краю обрыва, смотря в пропасть и словно намериваясь совершить безумный прыжок. Еще один шаг и скрытая в туманной дымке бездна примет его в свои объятия. Но страха не было, только упоение предстоящим полетом, да еще какая-то бешенная решимость толкала его вперед.
— Арх! — послышался знакомый клекот сзади. — Может, лучше останешься?
Он обернулся и взглянул на девушку, зависшую на нижних ветвях огромной Сивы. Ее сильное, изумительно гибкое тело растянулось, словно в полете, обнажив тонкие перепонки за руками. Невольно залюбовавшись этим изящным творением природы, Арх ворчливо ответил:
— Хоть бы постеснялась, сестра! Парни могут увидеть. Накинь на себя что-нибудь.
— Много ты в полете на себя надеваешь! — насмешливо отозвалась молодая диала. — Да и нет тут никого вокруг, сам ведь знаешь.
Она была права. Это была окраина владений их семьи, и чужим сюда не было доступа. И пока сестра не вышла замуж, она может позволять себе что угодно, в пределах разумного, конечно. Ему было понятно и то, почему она просила брата остаться, и именно поэтому он беспрекословно отклонил эту мысль:
— Лети домой, а я должен защищать тебя и всю нашу семью от чужаков.
— Ты же знаешь, что они не желают нам зла…
— Сейчас не желают, а завтра… Зачем они пришли на наши земли? Я буду спать спокойно, только когда их не будет здесь.
— Ты же знаешь: они бежали от катастрофы, наступающей на их мир. Неужели тебе не жаль женщин и детей?
— Жаль, но свои мне ближе. У меня нет выбора, и потом, я не могу идти против совета племен. Не хватало еще стать врагом среди своих. Все! Прощай! — и он кинулся в пропасть.
Но Арх — настоящий воин и задумываться о высоте или скорости полета ему было недосуг. Он падал в пропасть, набирая скорость, затем резко расправил руки, натянув, как струну, кожаные крылья, и по дуге стал удаляться от каменной стены. Висящий в утреннем небе остров закрыл восход, и небо снова усыпали звезды, самые яркие из которых немного двоились.
Наконец он поймал восходящий поток теплого воздуха и, описывая большие круги, стал подниматься вверх. Вскоре Арх уже был выше той точки, с которой начал свой полет. Набрав нужную высоту, он направился в сторону солнца — туда, где, спрятавшись в облаках, плыл самый большой остров в округе.
