И все же критический момент настал. И в нем Зия увидел ту самую возможность, которую так долго ждал.
Глушко накрыл очередную группу противников из пулемета. А дальше — они закидали их гранатами.
— Переходим, — сказал Андрей Маслов, поднимаясь с земли, где залег за невысоким фундаментом некогда разрушенного дувала, — нельзя дать им нас окружить! Надо двигаться!
Глушко снял пулемет с сошек, поднялся. Когда пуля хлопнула в стену над его головой, коренастый спецназовец пригнулся.
— Если увязнем, у «Молнии» будут неприятности! — Крикнул Маслов.
— Отходите, шурави, — проговорил Зия, а потом дал очередь в одну из теней, неловко выбравшуюся из-за угла дома, что стоял через дорогу.
Тень вздрогнула и завалилась на землю.
— Я прикрою отход и пойду за вами!
— Тихо! — Маслов вдруг застыл. Тронул наушник гарнитуры. Потом обернулся к остальным. — Они справились. Селихов с Наливкиным сдюжили! Враг уничтожен! Приказ отступать!
— Так отступайте! — Крикнул им Зия. — Я за вами!
Два раза каскадовцам повторять было необязательно. Они быстро снялись с места и исчезли в темноте между домами.
Зия впрочем тоже быстро расправился с врагом. Он метнул пару гранат через дорогу, а после того как раздались хлопки и остатки духов выбило из укрытия, добил тех прицельными очередями. Но когда он собирался уже уйти, то услышал знакомый голос:
— Лошадь! Лошадь мне! — Кричал на пушту одинокий душман, бежавший куда-то по центральной улице.
Зия проводил его внимательным взглядом. Душман мчался к верховому, пытавшемуся скрыться из кишлака, прихватив пустую лошадь.
— Лошадь мне, трус! — Повторил он.
Седак, казалось, его и не слышал. Он только пришпорил коня и умчался вон, ведя на привязи свою нехитрую добычу, которая впрочем поможет ему не бедствовать ближайшие месяцы.
— Ты с-собака! — Душман, бежавший за всадником, отчаявшись догнать его, остановился. Достал пистолет. — Я убью тебя, пес!
Несколько раз он выстрелил в темноту.
— Вот ты и нашелся, — выдохнул Зия, наблюдая за душманом. — Нашелся…
Зия решился. Он вышел из укрытия, поднял руки и автомат.
— Азим Гул! — Крикнул Зия.
Душман вздрогнул, остервенело повернулся, направил ствол своего нагана в Зию.
— К-кто… Кто ты? — Топчась на месте, Гул отступил на несколько шагов.
— Неужели ты не узнаешь своего тестя, Гул? — Зия медленно пошел к Гулу. — Неужели ты меня застрелишь?
— Дядя Акрим? — В голосе Азима Гула слышалось неподдельное удивление.
— Это я.
Как бы не веря своим ушам, Гул все еще держал Зию на мушке.
— А ведь я говорил тебе, — продолжил Зия, — что если ты хочешь спастись — уходить к душманам — не лучший выбор.
— А к шурави? — Кивнул ему Гул. — К шурави лучший?
Зия застыл на месте.
— Лучший.
— Ты ведь с ними. Вы все вместе пришли сюда, в Кундак, чтобы выбить нас, ведь так? Ты теперь с ними…
— Шурави пришли, чтобы убить Шахида. Да, — кивнул Зия, не опуская рук. — Но я тут по другой причине. Я пришел за тобой.
Гул выглядел неважно. Зия приблизился к нему на достаточное расстояние, чтобы рассмотреть его силуэт в темноте.
Капитан Азим Гул, бывший агент ISI, сбежавший от собственного начальства к душманам, похудел. Раньше он был крепким мужчиной с мощными плечами и руками. Теперь же трофейная советская куртка висела на его плечах, словно на вешалке. Полупустой «лифчик» топорщился на груди. Оружие Азим, видимо, и вовсе потерял.
— Откуда ты узнал, что я в банде Шахида? — Крикнул Азим.
— Это неважно, — покачал головой Зия. — Совсем неважно. Главное — я тебя нашел. И теперь ты должен пойти со мной.
Гул замешкался. Принялся оглядываться.
— Зачем?
— Чтобы спастись. У меня договоренность с советами, — Зия сделал еще один шаг вперед. — Взамен на помощь и информацию они вывезут из Пакистана мою семью. Жену, внуков.
Зия сглотнул.
— И дочь тоже. Твоя жена скоро будет в безопасности, Азим. Фатима будет в безопасности.
Азим молчал долго. Где-то выше, у дома старейшины, все еще шел стрелковый бой. Время от времени по округе разносился звук выстрелов из снайперской винтовки. Словно щелчок кнута, он разбрасывал свое эхо по холмам.
— Ты хочешь и меня записать в предатели, так, Зия? — Встряхнул Гул пистолетом, сжатым в вытянутой руке. — И меня перетащить на сторону наших врагов?
— От твоих врагов ты уже ушел. Дезертировал. Шурави — лучше чем ничего. Там хотя бы у нас будет жизнь.
— Я не предавал! — Крикнул Азим. — Это меня предали! Да поразит меня Всевышний, если я вру, но я все еще верен своей стране! Я был бы счастлив и дальше драться за нее, если бы не собаки из разведки!
— Ты всегда был идеалистом, — хмыкнул Зия. — Тебя списали, ты это знаешь. Я пришел сюда, чтобы спасти тебя.
Азим Гул молчал. Он дышал глубоко, прерывисто. Потом кратко раскашлялся и продолжил:
— Ты переметнулся на сторону врага. На сторону этих советских шакалов. А я выжил, чтобы сражаться дальше. Говоришь, ты пришел меня спасти? Это ложь. Ты пришел склонить меня к предательству! Пришел облегчить себе душу, надеясь, что в своем предательстве ты будешь не одинок! Что я примкну к тебе! Но ты ошибся!
— Ты глупец, Гул, — помрачнел Зия. — Опусти оружие и пойдем.
