Во-первых, СССР потерпел сокрушительное поражение в Третьей мировой войне. Поражение имело последствием не просто капитуляцию Красной империи, но и тотальный ее распад с преобладанием в обозримой перспективе центробежных сил над центростремительными. Это означает, что бывшие союзные республики, став независимыми государствами, чем дальше, тем больше будут тяготеть не к России, а к соответствующим региональным лидерам, представляющим основные силы современного мира. Так, Украина и Белоруссия должны интегрироваться не с РФ, а с Евросоюзом через усиление их ориентации на Польшу. Соответственно, Грузия и Азербайджан, стараясь попасть под «американский зонтик», пойдут на сближение с Турцией. Сходные процессы наблюдаются и в среднеазиатских государствах (причем, учитывая особенности современной американской политики, эти квази-страны эволюционируют в прямых клиентов США).
Во-вторых, советский социализм не справился со своими внутренними противоречиями и уступил историческую сцену более крепкому противнику – финансовому строю. Окончательно рухнули надежды на превосходство принципа взаимопомощи над эгоизмом, духовного – над материальным, справедливости – над насилием. Подточенная двойной изменой – бесчестной элиты и стремительного отупевшего народа – Красная сверхдержава по сути без решающей битвы безвольно капитулировала перед своим заокеанским противником.
В-третьих, экономическая, а вслед за ней и социальная система СССР необратимо распались. Восстановить их так же невозможно, как нельзя из яичницы получить исходное яйцо.
Из этих фактов был сделан неутешительный вывод: отныне РФ не способна к самостоятельному существованию и перспективы ее выживания почти полностью определяются шансами войти в западный мир, стать его частью, суметь взять на себя какие-то жизненно важные для Запада функции.
При этом в настоящее время действуют как минимум два фактора, препятствующих этому процессу. С одной стороны, Россия на рубеже тысячелетий оказалась явно неготовой к вхождению в западный мир ни экономически, ни политически, ни культурно, ни ментально. С другой, Запад также не стремится принять в себя Россию. В силу глубочайшей традиционной русофобии он всячески препятствует (и будет препятствовать) этому процессу всеми возможными способами.
Отсюда команда президента сделала фундаментальный вывод: коль скоро альтернативы вхождению в западный мир нет, России необходимо мутировать, превратиться в культурном, политическом и экономическом смысле совсем в другую страну, приемлемую для западных стандартов. Такая мутация займет как минимум 10-15 лет. Но столь долгий срок страна не может сидеть сложа руки. Поэтому крайне важно именно немедленно стать нужными Западу, прежде всего – с экономической стороны. А потому судьбоносным вопросом для России (в понимании президентской команды) стало ее место в международном разделении труда. Вернее, поиск ниши, возможной для страны и приемлемой для Запада. И такая ниша найдена. Это РФ как кладовая природных ресурсов, откуда глобальный рынок черпает их столько, сколько нужно. В первую очередь – нефть и газ.
Параллельно ради закрепления за собой на дальнюю перспективу места в нише и для более крепкой привязки Запада к России новая власть пошла на своеобразный размен. Западным транснациональным корпорациям решено передать часть наиболее ценных внутренних активов страны – природных ресурсов РФ.
Учитывая все эти обстоятельства, тенденции и факторы, президент и стоящая за ним команда разработали и осуществляют свой геостратегический проект. Вот его основные пункты.
Стимулирование ускоренной самоорганизации качественно новой, отличной от советской, структуры экономики. Ее системообразующим сектором должна стать добыча природных ресурсов, как воспроизводимых (подобно лесу, воде, воздуху, чернозему), так и невоспроизводимых (полезные ископаемые, нефть и газ). Этот сектор призван стать не просто становым, но и определяющим ее экспортный потенциал. Именно он призван стать тем аргументом, благодаря которому Россию примут в западный мир. В этом смысле Путин выступает продолжателем не столько Б.Н.Ельцина, сколько В.С.Черномырдина, с его «экономикой-трубой».
«Скелетом» новой экономики должна стать коммуникационная инфраструктура, и в первую очередь – та, что обеспечивает переброску добываемых ресурсов на мировой рынок.
«Тканью» этой новой системы призваны выступить низкотехнологичные отрасли, ориентированные на внутренний (прежде всего, потребительский) рынок товаров и услуг. Например, пищевая промышленность, розничная торговля, строительство, сборочные производства, деревообработка, ориентированные на потребительский рынок. Остатки советского судо– и авиастроения, космической отрасли должны по возможности интегрироваться в технологические цепочки транснациональных корпораций с целью сокращения производственных и исследовательских затрат ТНК.
Все эти три сектора в их соподчиненности и должны составить органику новой экономической системы, ориентированной на обслуживание Запада.
