— Говорю ещё раз: если не уверен, то мы можем тебя изолировать. Погружение заняло много времени?
— Немного, может быть, минуту-две.
— В таком случае это вряд ли опасно. Ты же не будешь получать задания во время своих Погружений, а если никто не нападает, то и вовсе пройдет незаметно для окружающих. Главное — помнить о том, что ты находишься вне зоны склада. Скоро мы найдем решение. Нет ничего такого, чего не мог бы разрушить человек, если другой человек это создал.
«Работа — это то, что человек обязан делать, а Игра — это то, чего он делать не обязан.
Поэтому делать искусственные цветы или носить воду в решете есть работа, а сбивать кегли или восходить на Монблан — забава»
Вернувшись домой, Кирилл первым делом поспешил успокоить жену. Сделал пару намеков, что его присутствие в банке гораздо важнее его отсутствия из-за такой мелочи, как нападение хулиганов. Сказал, что всё произошедшее было зафиксировано камерой видеорегистратора из припаркованного «Лексуса». О том, что никакого «Лексуса» и в помине не было, Кирилл предпочел не сообщать.
Такую же версию он выдвинул и для соседей. Иван с Дмитрием выказали скупую благодарность. При этом Иван спросил, где служил Кирилл, чтобы научиться так лихо справляться с противниками. Кирилл отмахнулся и пробурчал сакраментальное «при штабе, писарем». Мужчины улыбнулись и отстали с вопросами. Иван ещё раз напомнил, что по весне ждет Кирилла на дачу, мол, в баньку сходить, шашлыка поесть и водочкой отполировать.
Кирилл постарался, чтобы передергивание от воспоминания об алкоголе вышло не очень заметным.
Следующее Погружение застало Кирилла, когда он гордо восседал на унитазе с судоку в руках. Только что он думал о том, куда присобачить единичку, а в следующий миг всё потемнело, перед глазами всплыли слова о Погружении, и он оказался…
Возможно, это была какая-то симуляция для прокачки ораторского искусства. Да, есть же симуляции для полетов, для вождения танка, для управления кораблями, а Кирилл попал в симуляцию выступления. Перед глазами находилась огромная площадь, заполненная разномастным народом. Люди взирали на него с ожиданием и надеждой. За толпой возвышались кирпичные здания. Сам Кирилл находился на возвышении деревянного помоста.
Хорошо ещё, что не на броневике…
От неожиданности происходящего Кирилл выпустил газы.
Похоже, что симуляция была настроена на самый легкий уровень, так как после громкого звука толпа тут же разразилась аплодисментами. Если вам ни разу не приходилось сидеть на унитазе под пристальным вниманием тысячи глаз, то вы вряд ли сможете понять степень смущения Кирилла.
А ведь ещё надо было встать, чтобы натянуть штаны.
Аплодисменты стихли, и народ снова уставился на сидящего Экзекутора. Кирилл оглянулся по сторонам. Всюду люди, люди, люди… Какая-то женщина подняла на вытянутых руках ребенка, чтобы тот мог лучше разглядеть Кирилла.
Яркая краска залила лицо Экзекутора. Он чертыхнулся и не придумал ничего лучшего, чем уставиться обратно в цифровую головоломку. Люди терпеливо ждали. Цифры плясали перед глазами и не желали вписываться в клеточки. Они словно смеялись над Кириллом.
Да он и сам внутренне над собой смеялся: надо же оказаться в таком положении! Обязательно расскажет об этом Евгению, когда будет надевать вирткостюм. Интересно, этот каменнорожий помощник хотя бы улыбнется? Вот Андрей бы прыснул и обязательно сказал что-нибудь едкое, язвительное.
При мысли об Андрее цифры судоку начали подергиваться. Они вылезали из клеточек, изгибались, ломались и превращались в буквы. Кирилл уже забыл о внимании толпы, он смотрел на причудливый хоровод. Буквы сходились, расходились и, наконец, слились в одну надпись:
Найди Мастера паролей!
— Какого Мастера паролей? — спросил вслух Кирилл и едва не вскочил с места, когда толпа снова разразилась бурей оваций.
Он уже успел забыть о том, какую реакцию вызывают звуки, исходящие от него. В воздух даже взлетела пара шляп.
Надпись чуть подергалась, буквы снова устроили брейк-данс и разбежались по листу, чтобы через несколько мгновений соединиться в два слова:
Славянский шкаф
— Славянский шкаф? — воскликнул Кирилл.
По факту сейчас должны были прозвучать очередные овации, но вместо этого возникли слова о Выныривании. Кирилл снова оказался в своём туалете. На листе журнала судоку были обычные клетчатые квадраты с цифрами. Никаких надписей. Ничего, кроме сухих цифр.
Погружение прошло спокойно. Накатило и откатилось, как приступ изжоги под влиянием соды.
Кирилл почесал голову.
Что за Мастер Паролей? Что это за херня, и почему Выныривание произошло так быстро? Может, всему виной тот самый пресловутый славянский шкаф?
