Анна пожала плечами:
– Не хочу рисковать. Но если ты обеспокоен умениями моего малыша на батарейках, почему бы тебе не занять его место и не показать мне, насколько ты талантлив? – Она не дождалась моего ответа, схватила пару батареек и коробку и направилась обратно в комнату.
Я откинулся на спинку стула и уставился в потолок, размышляя, стоит ли мне последовать за Анной и подарить ей лучший куннилингус в ее жизни. Ведь после него она никогда больше не станет хвалить чертову игрушку или Мориса. Сделав глубокий вдох, вспоминал вчерашнее обеспокоенное письмо отца и предостерегающие слова Данте и Валентины. Я схватил ноутбук и направился к себе, чтобы ненароком не увидеть Анну обнаженной.
Я собирался написать отцу, когда гул из спальни Анны заставил меня со стоном отложить ноутбук.
Ее кровать находилась прямо у стены, к которой приставлена моя койка. Гудение стало громче, вскоре стоны Анны смешались с предательскими звуками ее секс-устройства. Мне было интересно, чем она воспользовалась. Мелкая присоска не издавала такого шума, значит, в руке девушки определенно был фаллоимитатор.
Образ Анны, вставляющей вибратор в свою киску, заставил кровь прилить к члену.
Чистейшая пытка. Я понятия не имел, почему сдерживался. Наши взаимоотношения с Анной давно прошли черту рабочих. С таким же успехом я мог бы трахнуть ее сладкую киску, запретив ее язвительному язычку провоцировать меня.
Анна хотела меня. Она жаждала заняться сексом без риска привязаться к кому-то. Я – подходящий человек. Или был им.
Ситуация с Анной усложнялась, но почему я должен отказывать себе в сексе с женщиной, которую желал, только потому, что испытывал непонятные чувства? В любом случае сейчас мое состояние вызывало у меня сильнейшее раздражение.
Словно почувствовав, что моя решимость ускользает, Анна продолжала доводить меня до исступления. Она собиралась убить меня, а я был готов стать ее жертвой.
Черт, мы находились за тысячи километров от дома, от моего дона. Я трахал замужних женщин, пока их мужья спали в соседних комнатах, и наслаждался острыми ощущениями, но с Анной все по-другому. В основном из-за Данте.
Было послеобеденное время, когда Анна вышла из ванной в мужской рубашке. Трудно сказать, надела ли она что-нибудь под нее, и эта мысль сводила меня с ума.
Стало любопытно, купила ли она рубашку в мужском отделе магазина секонд-хенд… или Морис сделал ей подарок во время очередной встречи в институте.
Я уже не чувствовал запаха Мориса и пытался внушить себе, что она не видится с парнем. Я старался как можно больше присматривать за Анной, но не мог присутствовать на ее лекциях и практических занятиях.
К тому же Анна использовала любую возможность, чтобы от меня избавиться.
– Это рубашка Мориса?
Я – мазохист. Я даже не хотел знать ответ. Анна оглядела себя и пожала плечами:
– А если – да?
– Тебе следует быть осторожней. Морис знает, кто ты. Он может испортить твою репутацию.
– Сомневаюсь, что тебя беспокоит моя репутация, Сынок. Может, прекратишь чертов фарс и признаешь, что хочешь меня трахнуть и сожалеешь, что Морис заполучил меня первым? – Она всегда била точно в цель и прибегала к ненавистному прозвищу, чтобы разозлить меня.
– Мне жаль, если ты сокрушаешься о своей нерешительности, но я не буду сидеть сложа руки и ждать, пока ты занимаешься сексом с нашими замужними соседками.
Мне в самом деле хотелось трахнуть кого-нибудь из соседок, но Анна держала меня в дразнящей железной хватке.
Она одарила меня милой улыбкой.
– Могу поспорить, ты бы хотел повернуть время вспять. Но еще не поздно, Сынок. Ты можешь получить меня сейчас. Сегодня вечером я свободна. У Мориса другие планы. Мы не единственные друг у друга, понимаешь? – Она наклонилась, чтобы поднять заколку, которую «случайно» уронила, из-за чего ее рубашка задралась, обнажая округлые ягодицы и крошечные красные стринги.
Черт возьми, я увидел на них темное пятно. Она возбудилась. Из-за того, что раздразнила меня. Мои ноздри раздулись от ярости и желания.
Во мне что-то щелкнуло. Я слишком долго контролировал себя, позволил Морису попробовать на вкус то, чего вожделел много месяцев. Я устал сдерживаться, вести себя благородно, хотя совсем не был таким. Я подошел к ней, схватил за руку и прижал к кухонному столу.
Ее глаза встретились с моими, и в них сверкнуло понимание. Она станет моей погибелью. Однажды я умру из-за Анны Кавалларо. Она открыла рот, но мне надоели ее провокации. Схватив ее за талию, усадил на стол. Я упал на колени, разорвал ее микроскопические стринги и зарылся головой между ее ног. Провел языком от ее упругой задницы до набухшего клитора, пробуя сладкое возбуждение на вкус. Она вскрикнула так, будто уже была близка к оргазму. Но я собирался ее немного помучить.
Просунув язык в тугую киску, начал двигать им, чувствуя, как ее мышцы сокращаются. На вкус она походила на чистый грех. Всосал одну гладкую половую губу, наслаждаясь задыхающимся стоном Анны и тем, как дрогнуло ее тело. Она ухватилась пальцами за край стола, округлив глаза от удивления.
