— Покажете, — с уверенностью заявил Магистр.
— Как, если Стрелок жив и здоров?
— В моей власти, — громко и грозно проговорил Магистр, — придать умершему сходство с живым.
Снова воцарилось молчание. Драйм слышал частое и неровное дыхание Артура.
— Завтра же вы получите тело умершего, — пообещал Магистр, — и первым заявите: «Это Стрелок». Вслед за вами это повторят и остальные.
Артур недоверчиво дернул плечом, однако, как отметил Драйм, возразить не решился.
— Завтра вечером, — сказал Магистр, — Альсад приедет за вами в лагерь и проводит ко мне. Тогда, милорд, увидите, послужил ли я вам так, как не смогли другие.
Он величественно склонил голову и направился к лошадям. Артур и Драйм увидели, как Альсад подсаживает Магистра в седло. Дрогнуло, разбилось под копытами коней лунное отражение в луже. Названые братья остались одни.
День простоял теплый и ясный, и, пока солнце не зашло, воины продолжали прочесывать лес. Вечером из столицы прискакал гонец. Ее высочество вручила Гольду послание для Стрелка. Гольд, не зная, что делать, и не решаясь открыть принцессе правду, отослал письмо Великому Лорду. Артур, преодолев мгновенное замешательство, принял из рук гонца свиток. Осмотрел печать и, справившись с невольным искушением, на глазах гонца поднес пергамент к огню.
Теперь Артур знал наверняка: Стрелок в город не пробрался, но успокоиться не мог. Да еще гонец Магистра заставлял себя ждать. К тому времени как он наконец явился, Артур, безостановочно круживший по шатру, успел прошагать многие мили.
Альсад склонился перед Великим Лордом:
— Магистр ожидает вас.
Артур, не глядя, протянул руку, Драйм подал плащ. Великий Лорд небрежным движением накинул плащ на плечи, взял из шкатулки золотую застежку и, не менее изящным движением, воткнул ее вместо плаща в палец. Выдернул, изумленно оглядел, слизнул показавшуюся на пальце каплю крови, примерился вторично. Застежка была как заколдованная. Как Артур ее ни поворачивал, игла неизменно втыкалась в палец. С губ Великого Лорда сорвалось проклятие. Прежде чем Драйм успел помочь, Артур отшвырнул застежку, стянул концы плаща в узел и вышел из шатра.
…Тропинка тянулась по дну глубокого оврага. Тяжелые еловые лапы нависали над головами всадников, загораживали небо. Моросил дождь. Капли не проникали сквозь густую крону, слышался лишь легкий шелест дождя, временами заглушавшийся ударами копыт о корни деревьев.
Когда всадники выбрались из леса, им показалось, будто ночь светлая, хотя сквозь плотные тучи не пробивался ни один лунный луч.
Альсад плетью указал на домишки, лепившиеся у подножия холма:
— Приовражье. Великий Магистр ожидает там.
— Великий Магистр, — повторил Артур, делая ударение на первом слове.
Драйм уловил в голосе брата привычные насмешливые нотки и с надеждой заглянул в лицо Артура: «Повернем назад?» Артур, не ответив на его взгляд, тронул коня.
— Сюда, ваша светлость. — Альсад направился к дому, стоявшему особняком от других.
Свет горел в единственном окне, обращенном к лесу. Спешившись у плетеной изгороди, Артур бросил поводья Альсаду.
— Входите, ваша светлость.
— Кто в доме?
— Только господин Магистр и двое его людей.
— А где хозяева?
— Ночуют в другом месте. Им заплачено.
Артур шагнул к ступеням. Драйм, украдкой проверив, легко ли вынимается меч из ножен, последовал за ним, едва не наступая на пятки.
Когда Артур поднялся на крыльцо, дверь распахнулась, какой-то человек с поклоном отступил в сторону.
— Входите, милорд. Вас ждут.
Артур вошел в дом. Сразу направился к Магистру, черной тенью застывшему на пороге комнаты. Драйм, следовавший по пятам за побратимом, огляделся и приметил в дальнем углу человека. Покрепче сжал рукоять меча. Человек, впрочем, враждебных намерений не проявлял, и Драйм, ускорив шаги, догнал Артура.
Магистр, стоя в дверях, преграждал Артуру дорогу.
— Ваша светлость! Данной мне силой я исполнил обещанное. — Густой голос Магистра звучал торжественно; внушительно выглядела закутанная в черное фигура. — Вы желали видеть Стрелка мертвым — и увидите его мертвым. Входите, ваша светлость.
Магистр посторонился, пропуская Артура и Драйма.
Комната, похоже, была трапезной. Об этом говорило ее убранство — длинный стол, широкие скамьи вокруг, очаг. Горели свечи, во множестве расставленные на столе и полках. Драйм подивился такому их обилию. Он-то полагал: Магистру потребуется полумрак для какого-нибудь трюка. На столе, укрытый по горло плащом, лежал человек.
