Аннабел сжала губы. Ложь Артура становилась очевидной. Казалось, можно выносить приговор. Однако Аннабел упорно продолжала цепляться за отчаянную надежду: вдруг, вопреки всему, ее друг детства окажется невиновен?
Королева милостиво распрощалась с воином. Предстоял последний разговор — с дружинником Альсадом.
…Королевский дружинник застыл в почтительной позе, но взгляд его вовсе не был почтительным. Взгляд человека, готового как к внезапной милости, так и к неожиданной опале. Вряд ли Альсада можно было смутить упреками, как Гольда. Глядя в дерзкие глаза, Аннабел спросила:
— Сколько вам заплатил Великий Лорд за молчание?
Мгновенно и без запинки, словно ждал от королевы именно этого вопроса, Альсад выпалил сумму.
Королева улыбнулась:
— Вы преувеличили ровно вдвое.
Подобие уважения промелькнуло в блестящих глазах Альсада.
— Я побоялся поставить под сомнение щедрость его величества.
— Какой же суммой исчерпывается ваша верность, Альсад?
— Ваше величество, неужто склоняете меня к измене?
Аннабел вновь не смогла сдержать улыбки. Альсад словно передразнивал ее разговор с Гольдом.
— Разве служба королеве может считаться изменой?
— Моя жизнь принадлежит королю.
— Смотрите, Альсад. Вашу жизнь легко получить у короля и даром.
Альсад мгновенно усвоил сказанное: Артуру незачем беречь опасного свидетеля.
Аннабел пришла ему на помощь:
— Возможно, вы предпочтете сами распорядиться своею жизнью.
— Надеюсь, ваше величество, вы дорого цените жизни подданных? — умоляюще спросил Альсад.
— Предлагаю втрое против названной вами суммы.
— И двух добрых коней, чтобы домчаться до границы с Бархазой, — подхватил Альсад.
Королева кивнула.
— И еще сто золотых на обустройство в чужой стране.
— Нет, Альсад. Хватит с вас полученного от господина Магистра.
Впервые изумление промелькнуло на лице Альсада: зачем королева пытается подкупить его, если все знает? Впрочем, он быстро нашелся:
— Господин Магистр дал мне амулет от дурного глаза.
— Альсад, — протянула королева, покачивая головой, — неужто вы довольствовались амулетом?
Дружинник засмеялся:
— Так ведь он из чистого золота.
— Чем же вы заслужили подобную милость?
— Ничем особенным, ваше величество. Бывают службы и потрудней. Мне было велено отправиться в столицу и привезти господина Магистра. Я это сделал. Великий Лорд выехал нам навстречу и долго беседовал с Магистром.
— О чем?
— Не знаю.
— Альсад! — возвысила голос королева. — Я плачу за правду.
— Клянусь, ваше величество. Там был господин Драйм. Он меня и на десяток шагов не подпустил бы.
— Хорошо. Что дальше?
— Великий Лорд вернулся в лагерь, господин Магистр отправился в Приовражье — это селение неподалеку… Мне наказал привезти двух его помощников, а те пусть добудут тело мужчины лет двадцати—двадцати пяти… Желательно темноволосого, лицо чтоб такое, — он принялся жестикулировать, — высокий лоб…
— Так, — беззвучно промолвила Аннабел. — Продолжайте.
— Они привезли мертвеца в Приовражье… А потом туда же пожаловал Великий Лорд. Меня в дом не пустили.
Альсад замолчал. Королева выразительно на него посмотрела.
— Тогда я подкрался и заглянул в окно, — признался Альсад с притворным вздохом. — Беспокоился за Великого Лорда.
— Понимаю, — без улыбки отозвалась королева. — Дальше.
Альсад взглянул на нее и уже без ужимок сообщил:
— Все они столпились возле тела и разговаривали. Только мне показалось, что там, на столе, лежит уже совсем другой человек. А потом Великий Лорд и господин Драйм вернулись в лагерь. Я проводил Магистра в столицу. Двое его помощников повезли в сторону лагеря умершего… Вскоре я узнал, что нашли Стрелка…
Аннабел молчала. Вот она подняла голову, и Альсад побледнел.
— Альсад, — выговорила королева, — получите деньги и скачите в Бархазу. Торопите коней, Альсад. Если вздумаете вернуться, окажетесь на виселице. Хорошенько это запомните.
Аннабел распахнула окно. Холодный воздух ворвался в комнату. Королева подставила ладонь снегу. Лицо ее горело. Аннабел изо всех сил уговаривала себя не спешить, успокоиться, не поддаваться гневу.
Все было ясно. Аннабел могла только дивиться: как не догадалась раньше? Но заподозрить человека в подобной низости? И кого — сына леди Арны! Не побоялся своей подлостью память матери оскорбить. Или думал похвалиться великой доблестью?
Аннабел прижала ко лбу ладонь, снежинки таяли на горячей коже. Она и не подозревала, что может испытывать такой гнев. Хочется взглянуть другу детства в глаза, спросить… Впрочем, что тут спрашивать? Все известно. Артур подло предал, предал в тот час, когда она потеряла отца, когда нуждалась в поддержке. Знал, на чем может сыграть: на детских воспоминаниях! Пытался убить Стрелка! Так жаждал власти, мечтал о короне!
Аннабел соскребла со стекла налипший снег, сжала в кулаке. Снег растаял, в рукав потекла вода. Аннабел тряхнула рукой, капли посыпались на пол. Захлопнула окно.
