— Пойдем в ангар, познакомимся с этим пилотом. Я по дороге расскажу еще кое-что.
В это время Лей и Джута уже шли по мостику, под которым в огромном ангаре стояли аппараты поразившие Джуту своей формой. Они имели корпус похожий на приплюснутую юлу или два сложенных вместе блюдца. Их совершенная радиальная симметрия и гладкий, без единой угловатости, корпус говорили о том, что аппараты спроектированы либо для очень быстрого вращения в воздухе, либо для вращения воздуха вокруг себя. Нижняя часть корпуса в центре плавно сходилось к заостренной ножке, а верхняя — от краев к центру, плавно поднималась, образуя горку, которая была кабиной пилота. Иллюминаторов корабль не имел. Джута никогда не видела ничего подобного, и ее знаний в области авиастроения не хватало для того, чтобы определить, благодаря чему летает этот аппарат и где у него двигатель.
— Интересные аппараты, — подумала Джута вслух. — Никогда таких не видела.
— Только не спрашивай меня, как они летают. Это государственная тайна.
Джута не стала спрашивать, но, увидев, как одно из блюдец взлетает, сама поняла причину такой формы. Перед тем, как аппарат поднялся вверх, над ним образовался вихрь, который было видно по затянутой в него пыли. Созданная тем самым разница скоростей воздушных потоков, очевидно, давала подъемную силу, которая и поднимала аппарат вверх. Судя по черному цвету, все аппараты были покрыты радиопоглощающим материалом, а их форма и отсутствие выступающих частей делали защиту от обнаружения еще эффективней.
Когда Зэн с полковником добрались до ангара, Джута, уже одетая в черный комбинезон пилота, о чем-то беседуя с Леем, стояла возле вполне обычного легкого транспортника.
— Познакомьтесь, полковник, это Джута, — сказал Лей на алларийском.
— Здравствуйте, — поприветствовал ее полковник на катонийском, от чего Джута немного растерялась.
— Она не говорит на катонийском, — улыбнувшись, сказал Лей.
Полковник не подал вида, но сказанное Леем его шокировало.
— Ну что ж, Зэн, Джута, вы уже знакомы, — сказал Лей. — Готовьтесь к взлету, а я пока поговорю с товарищем полковником.
Зэн и Джута направились в корабль, а Лей отвел Дсуэно в сторону и начал говорить на катонийском:
— Я когда-нибудь ошибался в людях? — спросил он со свойственной ему хитрой улыбкой.
— Нет, но она даже не говорит на катонийском!
— И что?.. Девяносто процентов людей в мире не говорят на катонийском. Это не значит, что все они наши враги.
— Вы давно ее знаете? Кто она?
— Недавно, но она уже участвовала в специальных операциях на нашей стороне и показала себя с очень хорошей стороны.
— Как она могла участвовать?
— Случайно, — сказал Лей и снова хитро улыбнулся. — Эта девочка сильно зависит от нас. К тому же… Знаете, полковник, нет человека более преданного, чем влюбленная женщина.
— Влюбленная? В кого?
— В Зэна конечно, не в меня же.
— Неудачное вы нашли время для сводничества, — раздраженно сказал полковник. — Как вы по одному виду человека можете утверждать друг он или враг?
— Я бы не прослужил так долго в разведке, не умей я этого делать, — ответил Лей.
Через пол часа корабль Джуты и Зэна покинул Фокос.
На заре космонавтики, в эпоху ракет, люди мечтали о межзвездных путешествиях на огромных кораблях с мощными ракетными двигателями, однако развитие технологий постепенно опустило мечтателей с небес на землю. Даже с изобретением термоядерных ускорителей и сверхлегких композитных материалов время перелета даже между ближайшими планетами — Титаном, Фокосом и Галеоном — составляло от суток до недели. Чем более амбициозные задачи ставили перед собой инженеры, тем с большим количеством проблем им приходилось сталкиваться. Термоядерные ускорители, хотя и обладали огромной мощностью, их режимы работы и побочные эффекты не позволяли использовать их для маневров. Они были пригодны лишь для разгона и торможения. Если подобный ускоритель выходил на установленную мощность, изменить ее было невозможно. Ускоритель можно было только погасить. Другим ограничением были перегрузки. Достаточно мощные двигатели, конечно же, могли разогнать и затормозить корабль очень быстро, но это убило бы всех, кто находился в нем, поэтому девяносто процентов пути от планеты до планеты занимали разгон и торможение. Время и стоимость перелета сильно зависели от массы корабля. Чем меньше масса, тем меньшей инерцией обладает корабль, а значит, меньше энергии требуется для вывода его на заданную скорость. Несмотря на то, что сделанный из композитов корпус был относительно легким, другие части судна обладали огромной массой, понизить которую не представлялось возможным. Реактор для выработки электричества, защита от космической радиации, бортовые системы, — все это весило невероятно много. Накладные расходы на перевозку полезного груза несколькими малыми кораблями всегда были значительно выше, чем, если бы тот же груз перевозился одним большим транспортником. От сюда возникала дилемма: везти быстро и дорого, либо медленно, но дешево. Чаще всего перевозчики выбирали второй вариант.
