— А кто ж любит? — хмыкнул Каракуль. — Мы теперь у Хачика на службе, братва. У Лии его папка. Раз она ввязалась в это дело, значит, мы не можем смотреть на нее как на женщину. Все понятно? Теперь слушайте. Нам известна ее фамилия. Насколько я знаю, она не разводилась, значит, фамилия у нее ее мужа. Садитесь на Васильича и в стол справок гоните. Там выясните адрес. Не думаю, что в этом городе полно однофамильцев. И вы один раз его видели, так что узнаете. А там хоть обыщите.
Через полчаса Сашко и Кизил умчались в город. Каракуль выждал некоторое время, приготовил джип, выпустил Раджа и поехал за ним.
Хачатур Каренович в своем роскошном кабинете выпил таблетку, последнее время сердце прямо-таки житья не дает. Жаль, здоровья не купить за бабки. Впрочем, можно подлечить мотор в хорошей зарубежной клинике. Но это тогда, когда выловит Лию и заберет бумаги Алекса. При воспоминании о бумагах руки Хачатура Кареновича непроизвольно задрожали. И точила обида на Алекса, так точила, что сердце при мыслях о нем наполнялось горечью и неутоленным желанием мщения.
— Ах, Алекс, Алекс… Какой же ти пилахой человек! — повторял он, глядя на их совместную фотографию. — Я тебе дал все! Купался в бабках, а ти… неблагодарний!
Попросила разрешения войти секретарша, держа небольшой прямоугольный предмет, завернутый в газету.
— Вот, просили срочно передать, — сказала она.
— Развэрни, — приказал он, предположив, что кто-то прислал бомбу. Но то была всего лишь видеокассета. — Встав в магнитофон и вьключи.
Кабинет длинный, если рванет, то погибнет секретарша, он же далеко от нее, рассудил Хачатур. Девушка вставила кассету, включила телевизор. Взрыва не случилось. Увидев первые кадры, Хачатур Каренович поспешил выпроводить секретаршу в приемную, достал из ящика другую кассету, бережно положил на стол. Потом, подойдя к телевизору, просмотрел два раза запись, любезно предоставленную неизвестным. Вдруг увидел на ковре записку. Очевидно, она выпала, когда секретарша разворачивала пакет, а та ее не заметила. В записке были наклеены буквы из газеты.
— Какой хитрый, сволочь, — произнес Хачатур, очень довольный тем, что к нему попал этот материал, и набрал номер. После приветствий потребовал: — Хачу, чтоби ти арестовал Каракуля, начальника охраны Алекса… Основания? Мой человек пиривезет основания.
Хачатур Каренович пригласил своего телохранителя и отдал кассету из стола, приказав отвезти в прокуратуру.
Там, где проходила трасса, протянувшаяся вдоль города, чтобы водители могли не заезжать в него без надобности, а следовать дальше, Каракуль вынужден был выйти из джипа — дальше начинался крутой подъем. Радж бежал вверх, перепрыгивая кочки и низкие кусты, Каракуль не поспевал за ним, поэтому окликнул. Пес остановился, заиграл хвостом, поджидая. Каракуль взобрался на склон, похлопал пса по спине:
— Ну? Где Антон? Ищи Антона!
Доверчивый пес рванул вверх, вышел на тропинку, протоптанную людьми. Затем пес свернул с нее, огибая густые заросли, помчался куда-то вниз. Антон сидел на земле у костра. Стоило мальчику увидеть Каракуля, он побежал, припадая на больную ногу и не разбирая дороги.
— Антон! Погоди! — закричал Каракуль, преследуя ребенка. — Я знаю, где твоя мама… она ждет тебя. Антон, остановись!
Когда Антоша достиг непролазных зарослей, сквозь которые не пройти Каракулю, нырнув в них, перевел дух и осмелел:
— Ты врешь! Хочешь отдать меня людоеду Хачику! Я знаю!
— Клянусь, не отдам, — тяжело дыша, сказал Каракуль. — Антоша, я спрятал маму, спрячу и тебя, честное слово. Не бойся, иди ко мне.
— Сам иди, — растирал кулаком слезы Антоша.
— Антон, тебе опасно оставаться одному. Тебя все равно поймают и отведут к Хачику. Ты ведь еще маленький, прятаться долго не сможешь. Антон, поверь мне.
— Радж предал меня, — всхлипнул мальчик. — Он показал тебе дорогу.
— Это всего лишь собака. Он был голодный, пришел домой поесть. Хорошо, что я его встретил и догадался, что он знает, где ты. Ну, иди ко мне.
— Где моя мама? Пусть она придет, — не выходил из чащи Антон.
— Она не может прийти, потому что Хачик и ее ищет. Она в лесном доме Алекса, одна там, ей страшно, а я поехал забрать тебя у Хачика. Видишь, я доверяю тебе. Почему ты не веришь мне? Антоша, вам опасно оставаться здесь, я увезу вас.
— Интересно, как бы ты меня забрал у Хачика, если он не хотел меня отдать?
Каракуль, сев на землю, рассмеялся. Здесь она была сырая, пахла вперемешку прошлогодними листьями и свежей зеленью. Он закурил, был рад, что нашел мальчишку, уж как-нибудь договорится с ним. А тот наблюдал из чащи.
— Антон, подумай: снова придет ночь, ты будешь один. Здесь полно змей…
— Врешь, да? — испугался мальчик.
— Зачем мне врать? Я обещал маме, что привезу тебя живым.
— Ну, смотри, если ты меня обманешь, пожалеешь.
И Антон вышел, но остановился у чащи. Каракуль не кинулся его ловить, а продолжил курить, сидя на земле. Антон сказал:
— Давай веди к маме.
— А вот теперь придется подождать темноты. Твои фотографии есть у ментов. Ночью они, я так думаю, тебя не разглядят в машине, а днем опасно в городе.
— Почему за нами гоняются?
