С Адамом Рудольфовичем состоялась встреча на следующий день под вечер. Прежде Артем хорошо продумал тактику беседы, а уж потом его пригласил. Руслан посоветовал карты не открывать, пользоваться лишь намеками, а о папке из сейфа вообще не упоминать. Последний совет был:
— Дай ему понять, что ты только подозреваешь, а основания выкладывай самые поверхностные. Мы с Севой послушаем в кабинете рядом.
Булькатый вошел с настороженностью, с какой входят все, кого вызывают на допросы в следственные органы. Артем предложил присесть, спросил о здоровье, а выглядел Адам уставшим, поинтересовался делами, в общем, всячески располагал к себе. Тот отвечал односложно, скрывая недоумение, которое все же читалось в бегающих глазах. Адам сам повернул светскую беседу к делу:
— Зачем вызвали? Стало что-нибудь известно о Каракуле?
— Да нет, — слишком уж беспечно ответил следователь, что показалось Адаму Рудольфовичу странным и неуместным. Он приподнял брови, глаза перестали бегать, остановились на Артеме. В самом деле, не от скуки же следователь вызвал его! Артем поспешил объяснить: — Понимаете, я бы хотел поделиться с вами некоторыми мыслями по делу убийства Алекса без протокола. У нас появился подозреваемый…
— Да? — недоверчиво произнес Адам. — И кто?
— Его жена. Инна.
— Да что вы! — захохотал Адам. — Инна?! Никогда не поверю. Она не додумается до такого. Да и не способна…
— Ой ли? — не поверил Артем. — Вы знаете, сколько преступлений приходится на слабый пол? Практически половина. (Адам отмахнулся.) Да, да. И часто их отличает жестокость сверх меры. К тому же у Инны есть мотив. Даже два. Это деньги ее мужа. Она ведь так и не развелась с ним…
— Простите, что перебиваю, но это Алекс не давал ей развода. Мстил так.
— Правда? — удивился Артем. — А у меня другие сведения. Она хотела вернуться к нему, а он не простил измены.
— Всё слухи, которые распускал Алекс. Ему не нравилось слыть рогоносцем.
— Но это же нормально. Рогоносец — это обидно. Он ее бриллиантами завесил, как елку новогоднюю, ни в чем не нуждалась, а она сбежала. Согласитесь, такое трудно пережить.
— Инна нуждалась в участии, внимании, этой женщине нужна любовь, — возразил Адам, очевидно, считая себя знатоком женских душ. — И какая это женщина! Во-первых, породистая, все при ней, умеет подать себя. У нее великолепный вкус, это Инночка обставила дом Алекса, охотничью усадьбу, выбирала ему костюмы, даже наряды его мамаше покупала только она. Умница, образованная. А как Инна определяет на глазок, сколько карат в бриллианте! Практически не ошибается!
— Ценное качество, — без иронии сказал Артем. — Вы так хорошо ее знаете?
— Хм, следующий ваш вопрос будет: откуда знаю? — перебил Булькатый, проявив исключительную сообразительность. Он не был похож на того Адама, которого Артем допрашивал после нападения Каракуля на его людей в лесу. — Видите ли, по-настоящему привлекательных женщин мало, когда они попадаются, то невольно притягивают глаз, за ними следишь, так сказать, любуешься. И потом, мне не раз приходилось с ней общаться. Город маленький, то там встретишь, то… А какой второй мотив?
— Деньги, — убежденно сказал Артем, словно два одинаковых мотива нельзя объединить в один. — На операцию ее матери. Она приезжала просить их у Алекса, не дал.
— Да, я знаю. Скупердяй. Не для себя же просила, для мамы.
— Тем не менее она достала деньги… — И Артем выжидающе уставился на Адама.
Прикинув, что следователю, возможно, известно больше, Адам Рудольфович вынужден был признаться:
— Инна попросила у меня, и я дал. Взаймы.
— Вы дали под проценты?
— Что вы, как можно! Без.
— А как же она собиралась отдать долг? Сумма наверняка немаленькая…
— Двадцать тысяч, — сказал Булькатый. — Она обещала отдавать частями. Временем я ее не ограничивал.
— Угу. Понимаете, Адам Рудольфович, мы задержали Инну, сейчас она находится в нашем следственном изоляторе.
Новость ошеломила Булькатого, он даже не сообразил скрыть это:
— Инна на нарах? Ну и ну! Значит, дело серьезное?
— Вы могли бы помочь ей, — пропустил вопросы мимо ушей Артем. — Например, внести залог, тогда ее отпустят.
— А какая сумма залога?
— Пока не установили, но тысяч сто — сто пятьдесят будет.
— М-да… — призадумался Адам. — Очень большая сумма… Я должен подумать. Нет, конечно, я хочу помочь Инночке, но… А поменьше нельзя?
— Боюсь, может быть и больше.
— Понимаете, я понес большие убытки… А это Инна просила, чтобы я внес залог?
— Да. Говорила, вы единственный благородный человек в городе.
— Хорошо, я подумаю, что смогу для нее сделать.
Спустя пару минут, когда ушел Адам, в кабинете появились Сева и Руслан. Первый оседлал стул, на котором до этого сидел Булькатый, и положил подбородок на спинку с озабоченным видом. Второй, беспрестанно ухмыляясь, подпер плечом стену, скрестив руки на груди. Сева подытожил:
— Из вашего базара ясно, что у Булькатого и Инны был сговор.
— Что ты все ухмыляешься! — досадливо бросил Руслану Артем.
