Я прикусила губу. Под моими ногами словно было пусто, а кокон коричневой массы затягивал меня всё глубже — в Бездну. И я подумала, что раз у капитана на роду написано отвечать за матросов, то ответ на вопрос демона очевиден. Ещё месяц назад я бы задумалась над ним надолго и не знала, что ответить. А вот сейчас знала. Потому что за этот месяц поняла, что моя жизнь — всё же не самое главное, а забота о тех, кого любишь, должна быть превыше заботы о самом себе…
— Спасай Алексея, — тихо ответила я и улыбнулась. Как-то странно — спокойно и удовлетворённо. Как тогда, при рождении. Потому что так должно быть.
Себастьян нахмурился и, не слушая крики брата о том, что сначала нужно спасти меня, присел на корточки.
— Если ты умрёшь, я не выполню задание, и ты не сгоришь, — отчеканил он тихо, но уверенно, раздражённо, но словно поясняя очевидную истину. — А если ты сегодня не сгоришь, меня ждёт наказание. Повелитель не прощает ошибок. Так что у тебя нет права решать. Мне дорога моя жизнь.
Я не успела и слова сказать, как вдруг меня схватили за руку и одним рывком подняли в воздух. Вырвали из Бездны. Спасли. С чавкающим хлюпаньем проводило меня болото, словно разочарованно цокнув языком. Ноги обрели опору, а пот солёным дождём падал на чахлую траву.
Он умрёт.
Я молча смотрела на то, как одним рывком Михаэлис вытаскивает Алексея, но не видела этого. Я, не шевелясь, слушала причитания Дины, подошедшей к брату, но ничего не слышала.
«Если ты сегодня не сгоришь, меня ждёт наказание».
Я смотрела на чёрную стену вокруг собственной души и отрешённо наблюдала за тем, как она рушится. Это не сон. И если я выживу, Себастьяна накажут. Сказок в мире не бывает, чудес тоже. Он демон, и он хочет убить меня, чтобы выжить самому. Но он не тащит меня на костёр, потому что не может ослушаться приказа. А может быть, потому, что даёт мне шанс на спасение?..
Нет, это вряд ли. Ведь для него важнее всего его собственная жизнь. Но как бы то ни было, это реальность. И значит, пора принимать настоящие решения.
«Повелитель не прощает ошибок. Мне дорога моя жизнь».
Что важнее, моя жизнь или его? Ответ очевиден. А значит, не стоит и переживать, ведь правда? Только вот я не хочу умирать… Но это уже не важно. Потому что больше всего на свете я хочу, чтобы жил он. Пусть плохо, пусть с болью, пусть погрязнув в пороке и грехе… главное, чтобы жил. Потому что, если ты жив, у тебя есть шанс стать счастливым. А мёртвым уже всё равно.
«Сказки кончились, остались одни кошмары»!
Стена, что я возвела вокруг себя, рухнула, ослепив меня светом настоящей жизни. И удушье ушло — исчезло вместе с иллюзией того, что всё это время я видела сон. Ложь. Всё это было реально. Я только что убила четверых. Я отдала приказ убить троих на стройке. Я бросила чумного больного в Лондоне и планировала бросить детей в Америке. Я использовала людей как пешек в своей партии, проводя гамбиты и безжалостно уничтожая врагов.
И мне было всё равно.
Кто я? Человек? Тогда почему не чувствую вину? Демон? Тогда почему думаю, что многие мои поступки были излишне жестоки? Аномалия? Тогда почему уверена, что, повторись всё вновь, я почти всегда поступала бы точно так же, даже зная, что это реальность? Не важно. Важно лишь то, что я — это я, и моё главное желание — помочь Себастьяну Михаэлису выжить. А свои желания я всегда ставлю превыше желаний других людей.
Потому что я эгоистка, которая не верит в чудо, зато верит в свою способность добиваться поставленных целей.
— Инн, ты как? — вырвал меня из абсолютной тишины транса голос брата. Я посмотрела на него и грустно улыбнулась.
— Жива. А ты?
— Тоже. Спасибо демону. Только на кой чёрт было тут этот спектакль устраивать, непонятно!
— Да какая разница? — тихо спросила я и обратилась к демону, не слушая ответ брата: — Себастьян, прошу, помоги всего один раз. Это слишком важно. Слишком. Это… самое главное. В какой стороне город, где живёт инквизитор?
Михаэлис молчал. Он сверлил меня немигающим взглядом, плотно сжав губы, и в глазах его читалось напряжение и недоверие.
— Я не прошу мне верить, — устало вздохнула и прошептала беззвучно: — Последний раз выполни обещание. Пожалуйста. Не предавай меня, как не предавал раньше.
Демон стал похож на предгрозовую тучу, а во взгляде его читалась злость и неприкрытая ярость. На секунду он сжал кулаки, но вдруг закрыл глаза и медленно выдохнул. И казалось, будто вместе с воздухом его покидали все эмоции: и чёрные, злые, и светлые — их отголоски, которые всё же были. Оставалась лишь безысходность и безразличие. А это самое страшное… В следующую секунду демон молча указал рукой в том направлении, куда мы шли, и открыл глаза, пустым взглядом глядя куда-то сквозь меня. Если бы мы продолжили этот путь, вскоре оказались бы в городе. Вот что планировали Владыки: заманить меня в ловушку, прогнав через болото, а если бы я осталась в деревне, меня просто привезли бы в город селяне. Отличная стратегия. Только я ведь, увидев город, могла вернуться в болота и бродить по ним до истечения срока. Ну и ладно. Это уже не важно.
