А-ля: «
У Кирилла я ни пробирки под слезы, ни ожерелья не вижу, зато наблюдаю клевые забитые рукава. И реально годное, поджарое тело. Кубики там, мускулы – все прокачано ровно настолько, чтобы девчонки слюной захлебывались. Отсюда и зашкаливающее ЧСВ.
Да и с чего бы ему не быть, если к внешности прилагаются папочкины денежки? Такие, как он, – лакомый кусочек намбер ван для каждой. Вот только не каждая еще подойдет подобному персонажу.
Ну прикиньте: идет серая зачуханная мышка в шмотках из ближайшей барахолки, а рядом с ней, рассекая воздух своей секси-харизмой, чешет альфа-самец в очочках от Картье.
Смешно же? И нелепо.
Не. Только фарфоровые куколки с ногами до ушей и сгодятся в компаньонки Крестовскому. Правда, и такие надолго не задержатся, так как он из тех парней, что любят только себя. Чистейший подвид эгоиста обыкновенного.
Соответственно, зацепить-то его интерес можно и несложно, а вот удержать… Это задачка уже из разряда высшей математики. Решать которую или не решать – остается на индивидуальное усмотрение.
– Ты тоже ничего, – выводит меня из размышлений насмешливое замечание.
Выплевываю щетку, которую продолжаю мусолить все это время за щекой чисто на рефлексах.
– Чего?
– Ты с таким интересом меня разглядываешь, вот я и возвращаю комплимент.
С интересом? Да он себе льстит. Мне, если честно, так по барабану на него, что даже обидно. Видимо, я пока еще не отошла от предательства Славы, чтобы переключаться на кого-то другого. Даже ради спортивного интереса.
Что совсем не дело.
Надо срочно менять направление.
– Тю, всего-то? – снисходительно хмыкаю, выгнутой бровью показывая всю степень разочарования. – Что-то это совсем не тянет на топ пикаперских заигрываний. Попробуй еще раз. Уверена: ты справишься.
– В прошлый раз я тоже особо не старался, насколько помнишь. После текилы вся инициатива пошла от тебя.
– Это был абсент, дубина, – закатив глаза, отворачиваюсь, продолжая утренние процедуры.
Нормально так он меня окрестил алкоголичкой. А ничего, что я выпила тогда всего ничего? Чисто взяла попробовать дымящуюся зеленую бодягу.
– Текила, абсент, какая разница? Тебя даже спаивать не придется. Всего пару часов тет-а-тет, и сама попросишь меня не останавливаться.
– Целых пару?! Теряешь сноровку, чувак. Старость подкрадывается незаметно, а?
– Я уже и забыл, какая ты язва.
– Еще и ранний склероз. М-да. И это называется «завидный жених». – Дочищаю зубы, пока Кирилл с особой настырностью сверлит мой затылок, и не думая сваливать. – Долго топтаться будешь? В доме три ванных комнаты. Неужели все заняты?
– А мне эта больше всех нравится.
Нравится ему. Ну так раз нравится, пускай ждет. Намеренно не тороплюсь, решая повторно начиститься скрабом.
А Крестовский все стоит. Косяк подпирает царским задом, скрестив руки на груди. Палю его исподлобья, но тот ловит мой взгляд в отражении, подмигивая. Засранец.
Умываюсь, вытираюсь, заправляю зубную щетку за ухо и только тогда снова оборачиваюсь к нему, закидывая полувлажное полотенце на широкое мужское плечо. А что, отличная вешалка получается!
– Раковина свободна. Плескайся. Оставить мыльно-рыльное? Только лосьон от черных точек весь зараз не выливай. Твоему шнобелю все равно не поможет.
Собираюсь проскочить в коридор, но этого только и ждут, перехватывая меня и прижимая лопатками к холодной кафельной поверхности.
Ясно, понятно.
Ваши методы весьма прозрачны, сударь.
Крестовский нависает сверху, медленно и с хозяйской деловитостью подцепляя глубокий вырез борцовки под мышкой.
Реально глубокий. Туда спокойно можно нырнуть и не вынырнуть, так как это шмотка на самом деле мужская и размера этак XXL. Зато удобная, практичная и об нее не жалко вытирать грязные кисточки.
Судя по всему, Кириллу тоже абсолютно пофиг, что на мне надето. Гораздо больше его интересует то, что скрывается
Упс. Вот незадача, правда?
– Без него лучше, – мазнув ногтем по эластичной ткани кислотно-розового спортивного топа, огорченно замечает он.
А ты на что рассчитывал, пупсик? Что я встречу тебя как вчера? Ну чувак, не до такой же степени я тю-тю. Одно дело – ко сну готовиться и лифчик снять, другое – по чужому дому шастать средь бела дня.
Тем более что я так-то впервые за последние полгода на пробежку собралась, поэтому, если он попробует зайти дальше, его ждет еще одно разочарование в виде таких же кислотных легинсов.
Впрочем, он уже и так успел их заценить. Пока я ползала под ванной. Поэтому вниз не лезет. Вместо этого оставляет борцовку и переключается на мой подбородок, красноречиво требуя приподнять его.
