Она! Это она! Та девчонка из клуба.
Стоит в дверном проеме: промокшая с ног до головы и с плюшевой игрушкой под мыхой. А стоит, потому что…
Да ладно? Она что, и есть дочурка новой отцовской пассии?! Вот так подстава!
– Ты, – повторно вырывается из меня для закрепления результата. А то вдруг галюны пошли на почве акклиматизации.
– Сюрприз, – театрально разводит та руками, скалясь в фальшивой улыбке. Настолько фальшивой, что вижу ее задние зубы. Острые и умеющие кусаться. Это я еще с прошлого раза помню.
– Вы что, знакомы? – озадачивается отец, наконец отрываясь от своего блэкберри.
Семейное вечернее чаепитие, чтоб вас… Один мозгами с работы так и не ушел, слишком занятый, чтобы спросить самое банальное на свете: «Как дела, сын?» Другая какую-то хрень черкает в графическом планшете, блаженно напевая себе под нос. А третий, то есть я, все это время в айфоне ковыряется. Так душевно, что слов нет.
Уж и не чаял разбавить эту убогость хоть какой-то движухой, а тут нате… Открытие.
И я что-то настолько охренел от него, что выхренеть обратно пока не получается. Отчего отцовский вопрос остается без ответа. Да и какое мне сейчас дело до него, когда тут ТАКОЕ…
– Глазенки сломаешь, – едко замечает новоприбывшая, видимо, почувствовав неловкость от того, что я безбожно на нее пялюсь. Пытаясь если не высверлить из пространства, то хотя бы проделать в ней новые отверстия. – Если соскучился, так и скажи.
Выдерга.
– А ты времени зря не теряла. Жопу наела. Подсела на мучное?
– Обрастаю защитным целюлем[4], чтоб избавить себя от домогательств со стороны всяких мутных личностей.
Подлая провокация! Тогда она полезла на меня как раз-таки первой. Ну, почти…
– Насколько помнится, ты была не особо и против.
– Тебе показалось.
– Да ну как же! Я ж прям заставлял тебя совать язык себе в рот.
– Это был эксперимент. Зато проверила на практике: не все то золото, что блестит. Чтоб ты знал: целуешься паршивенько. Потому с продолжением и не срослось.
Чихаю от возмущения.
– Слышь, принцесса-звездонесса, а давай-ка мы…
– Кирилл! – одергивает меня с досадой отец. – Что за выражения? Ты с девушкой разговариваешь, а не со своими быдловскими дружками.
– Кто девушка? Эта? Тебя обманули. Тебе подсунули Сатану в женском обличье. Думаешь, я – геморрой на задницу? Это ты с ней не тусил. Я из-за нее дважды едва не огреб. За одну ночь!
– Вот не звезди, – фыркает девчонка, безмятежно покусывая заусенец. Как ее там зовут? Вроде имя называлось, но я не запоминал. – Один раз очень даже хорошо огреб.
– Провоцировать тех мудаков не надо было.
– Чем это я их провоцировала?
– Голой задницей.
– Ты меня путаешь с проститутками из квартала красных фонарей.
– Не. Это те пацаны тебя с ними перепутали. Что, кстати, несложно. И наверное, не стоило их переубеждать. Морда целее была бы.
– Ути, божечки, – кривляясь, складывает губы уточкой она. – Да кто-то до сих пор дуется, что ему обломался секс.
– Так. Думаю, с нас достаточно подробностей, – тактично покашливая, снова напоминает о себе отец.
Надо заметить, неловко сейчас только ему. Его «невеста» между тем активно общается с дочерью с помощью жестикуляции. Сложноопределимо крутит пальцем, будто что-то спрашивает, получает кивок в ответ и понимающе изображает мимикой что-то в духе: «
Чего им там ясно? Что за бабские шифры?
– А вслух можно? – не выдерживаю. – Тоже хочу поучаствовать в беседе.
– Прости, но это только для девочек, – спархивая с дивана, на котором до того сидела в позе лотоса, будущая мачеха одаривает меня улыбкой. Которая, вероятно, должна была выглядеть очаровательной, однако вызывает исключительно отторжение. – Кариночка, пошли. Поболтаем… о женском. Переоденешься заодно. Ой, я же еще подарок свой тебе не вручила… – уводя дочь под локоть, щебечет та пташкой, а я с лютым недоумением провожаю обеих взглядом, пока они не скрываются за поворотом к лестнице.
– Серьезно? – Меня всего только что не передергивает. – Ты предпочел матери вот этого недоподростка?
Моя мать – утонченная леди, которая даже в глубоком маразме не позволит себе драные джинсы, обляпанную краской безразмерную футболку и непонятное гнездо на голове с втыканными туда кисточками. А это чучело…
