Что же делать? Давить на Льва Анатольевича или самой идти в «серый дом»? А может, просто опять ехать в Смоленское ущелье и действовать по обстоятельствам? Последний вариант представлялся наиболее безумным, но ведь и это тоже — вариант.
Пока закипала вода в кофеварке, я, по женской своей слабости, изучала нехитрый кухонный интерьер. Говоря по совести, разглядывать в этой «меблирашке», не первый год сдающейся внаем, было абсолютно нечего. Хозяева оснастили ее только самым необходимым, а нынешний жилец уж точно не считает кухню «своим» местом. Ба! А вот эта штучка явно принадлежит Рэю. Не про этого ли уродца говорил мне в воскресенье Роджер? Любопытно…
В простенке между двумя висячими шкафчиками, над столом, висела маска темного дерева, изображающая, должно быть, какое-то африканское божество. Собственно, маской в привычном понимании я бы это не назвала, так как, кроме лица — должна сказать, пребезобразного! — существо имело руки, ноги, огромный живот и… то, что обычно расположено между животом и ногами. Правда, чья-то заботливая рука обрядила это произведение в «набедренную повязку» из носового платка. Однако, если меня не обманывает зрение, неизвестный резчик весьма щедро отпустил этому крокодилу мужских достоинств! Черт побери, такое я видела впервые.
Только несколько секунд я боролась с искушением. Потом природная любознательность все же победила женскую скромность. Я на цыпочках выглянула из кухни — не видит ли Рэй моих манипуляций, а то обхохочется. Но он как раз вышел за чем-то на лоджию. Очень кстати.
Быстро юркнув к деревянному уродцу, я заглянула под его «фиговый листок», и…
В руку мне упал маленький кусочек тонкого картона. Визитка?..
«ИВАНОВА
Татьяна Александровна,
частный детектив…»
Сердце застучало прямо в висках — и оборвалось, укатилось куда-то. Стало совсем-совсем тихо. И в этой тишине, не нарушаемой даже шипением убегающей из турки воды, я читала свой номер телефона, имя и фамилию, будто какое-то откровение. Вот он, оторванный уголок, вот «хвостики» заглавных букв, подрисованные черной шариковой ручкой…
Нет сомнений: это та самая карточка, которую я дала Саше Ренуа в субботу вечером на вокзале. Через несколько часов, когда милиция начала расследование его «самоубийства», эту карточку при нем не нашли. Я еще тогда решила, что ее взял убийца. И вот теперь я точно знаю, кто ее взял.
Цепь замкнулась, мистер Рэй Лионовски, или как вас там. Мой дорогой «клиент»…
— Что у тебя тут, любовь моя?
Я едва успела сунуть визитку туда, где она и была.
— Просто кофе убежал, Рэй. Вернее, вода. Сейчас все будет готово… милый.
Спокойствие. Только спокойствие! Убивать тебя он тут не будет, это ясно. Но если ты себя выдашь, он может занервничать, и тогда…
— А, ты, наверно, засмотрелась на это чудовище, да? — Рэй подошел ко мне, все еще стоявшей напротив деревянного монстра, и обнял сзади. — Он отвратительный, правда? Это конголезский бог плодородия, забыл, как его зовут. Один друг из Конго подарил. Это я его приодел, чтобы аппетит не портил. Хочешь увидеть его во всей красе?
Он даже сделал движение к стенному уродцу, но я обвила его шею руками:
— О нет, милый, он не в моем вкусе. Мне гораздо больше нравятся твои пропорции!
Уловка сработала: Рэй забыл о боге плодородия. А я — о кофе. В общем, турку пришлось наливать в третий раз.
Прикосновения зеленоглазого хищника теперь вызывали во мне ужас. Главным образом потому, что после кошмарного откровения его ласки… вовсе не стали мне противны. Ну нисколько не стали! Рэй все так же сильно меня притягивал, это факт.
Но почему, собственно, «откровение»? Брось: ты же все знала! Знала вчера, когда ворковала с ним в отдельном кабинете маленького шикарного ресторанчика и он рассказывал тебе свою увлекательную историю, в которой, разумеется, все сплошь «липа». Знала, когда потом ехала к нему на эту квартиру и когда занималась с ним всеми этими африканскими безумствами. Ты с самого начала догадывалась, что это он. А теперь всего лишь получила решающее доказательство.
И скажи наконец сама себе правду: просто ты не могла устоять перед этим мужиком. И в смысле секса тебе все равно, кто он — хищный зверь или даже сам сатана. Но — только в этом смысле!
А хуже всего, что убийца заплатил тебе деньги. Ничего отвратительнее быть не может. Впрочем, он, верно, рассчитывает, что потратить их ты не успеешь.
Как профессионал я, конечно, не должна исключать возможность того, что мою визитку ему подбросили. Поэтому для очистки совести я спросила Рэя между прочим, часто ли у него здесь бывают гости. И получила исчерпывающий ответ, что я — первый человек, который нарушил за последнюю неделю уединение «книжного червя»: молодой ученый интенсивно работал над главой своей диссертации и объявил всем, что «уходит в подполье». Хотя вообще-то у него тут — проходной двор…
