Возвращение в поместье прошло быстро и тихо. Ник старательно изображал, что я для него некое эфемерное существо, не плотнее призрака. Маячит где-то сбоку, но особого внимания не заслуживает.
Я, в принципе, на более тесном общении не настаивала. Хочет помочь — пожалуйста, но отношение ко мне тоже стоит поменять. На данном этапе оно далеко от допустимого. Игнорирование, редкие колкости, показательное презрение. Разве так ведут себя с женой? Вот уж вряд ли. Даже к слугам он относился благосклоннее, чем ко мне. Гадкий упрямый кошак.
Вспомнилась недавняя встреча с Ариной.
После утренней размолвки с Ником, я как пришибленная маялась по дворцу, не зная, куда себя деть. До вечера — далеко, а пешком возвращаться в поместье и обратно — долго. Вот я и бродила по богато отделанным коридорам, пока не наткнулась на Арину. Та быстренько сцапала меня за руку и утащила в свои покои.
Когда она узнала о поведении обоих братьев, рвала и метала.
— Шантажист хитрожопый! Я ему всю шерсть вырву, интригану старому! — Не смотря на поздний срок, она носилась по комнате стремительнее ветра. Живот вперёд, молнии в карих глазах, растрепанные волосы. Настоящая фурия. — А этот что? — обреченно взмахнула ладонью. — Говнюк белобрысый! Ты такая маленькая, миленькая, а он с тобой так грубо! — Каюсь, не сдержалась. Наябедничала. Однако сдаётся мне, что правду из меня в любом случае бы вытрясли. — Я с ними разберусь, я им устрою поход, — нецензурное слово, — с палатками, — снова нецензурное слово, которое из уст императрицы звучало ещё более неприлично, чем от простой девушки. — Надо же такое придумать! Баранка какая-то засохшая потерялась, а они такой гвалт подняли! — Она обессиленно рухнула на кровать. Всё же утомилась в таком состоянии бегать.
— Тебе нельзя переживать, — запоздало предупредила я. Раньше как-то и возможности вставить хоть слово не было. — Я справлюсь. А они, наконец, отстанут.
Арина ещё немного побуйствовала, но совсем вяло. Иметь дело с упрямцами ей доводилось постоянно, и она вероятно понимала, что не в её силах повлиять на решение нашей «могучей кучки».
Негромкий хлопок закрывшейся двери вырвал меня из раздумий. Послышался шум льющейся воды — Ник пошёл в душ.
Я стояла посреди его спальни и не знала, куда себя деть. Задумавшись, на автомате поплелась за Ником. И мне бы вернуться в свою комнату, но она находилась в плачевном состоянии — рано утром в ней вспыхнул пожар. Я проснулась достаточно поздно от криков испуганной служанки, поэтому огонь успел нанести серьёзный урон. До сих пор не понимаю, что стало причиной возгорания и почему я не проснулась?
Охрана утверждает, что к пожару привела неосторожность. Возможно я или служанка опрокинули свечу и не заметили. Однако мне кажется, версия притянута за уши. В поместье предпочитают магические светильники обычному огню. Откуда свеча взялась в моей спальне?
Однако я не следователь и не мне рассуждать о произошедшем. Всё равно огонь не может причинить мне вреда. А вот углекислый газ, дым… Даже не стоит думать об этом.
Присев на краешек кровати, я ждала, пока вернется Таргад. Официально я хозяйка поместья и могу занять любую свободную комнату, но я предпочла сначала спросить у него.
— Почему ты не спишь? — Голос Ника прозвучал тихо, с едва уловимым раздражением.
Он застыл у постели. В одном полотенце на бедрах, с влажными волосами. На торсе сверкали редкие капельки воды. Приглушенный свет делал его каким-то загадочным и…сексуальным. Хотя не свет был тому виной, далеко не свет.
Смущаясь почти голого Таргада, я молча собиралась с мыслями. Те упорно разбегались, позволяя мне всецело отдаться созерцанию прекрасного тела моего мужа.
— Ну? Долго молчать будешь? — нетерпеливое раздражение Ника усилилось.
— Я хотела узнать, где мне переночевать. — Под его холодным взглядом я стушевалась. Сама себе стала противна. Сижу тут, мну булки, вместо того, чтобы видеть десятый сон в какой-нибудь гостевой. — Моя спальня пострадала.
— Если во всём поместье ни одна комната тебя не устроила, можешь остаться здесь, — усмехнулся Ник.
Вспыхнув от очередной неприкрытой издёвки, я всё же нашла в себе силы ответить:
— Пойду посмотрю получше. Уверена, что-нибудь да подойдёт.
У самого выхода Таргад схватил меня за запястье.
— Извини. — Мне послышалось, верно? Он…извиняется? Этот надменный, наглый, порой невыносимый кагар извиняется? Кажется, моя челюсть валяется где-то на полу. Слишком неожиданно. — История с пожаром выглядит мутно. У меня есть подозрения о намеренном поджоге. Завтра прибудет начальник императорской охраны. У него острый нюх на гнилые делишки. — Ник всё ещё не отпускал меня и место соприкосновения буквально горело от его пальцев. Глупо так остро реагировать не него, но с телом не поспоришь. — Безопаснее будет, если ты останешься.
— Хорошо.
Я посмотрела на наши руки, намекая, что пора бы меня отпустить. Ник сделал тоже самое. Какое-то время мы таращились на них, а потом он медленно разжал пальцы.
— Ложись спать. Завтра рано вставать.
