Причмокнув, Террор выпрямился на стуле. Ей пришлось постараться, чтобы не отодвинуться от него, но демонстрация слабости обеспечила бы ему легкую победу.
— Я знаю, что твоего имени не было в первоначальном списке. И в лотерее не вытянули твой номер. Ты купила себе место. Зачем?
Значит, вот в чем ее обвиняли? Наю притащили сюда, потому что она нарушила какое-то правило?
— В лотерее выпал номер моей лучшей подруги Дженни. Еще в детстве мы поклялись бежать вместе. Мы не хотели разлучаться.
Террор ничего не сказал. Лишь смотрел на нее. Он пытался прочесть ее эмоции? Вероятно.
— Почему Менас?
— Ты о чем? — нахмурилась Ная.
— Почему ты выбрала Менаса своей целью?
— Целью? — она поглядела на Пирса. Избитый мужчина все еще стоял на страже, и его пристальный взгляд встревожил ее. — Менас сам меня выбрал. Он меня схватил.
— После того как ты злонамеренно ранила Флайра и с помощью своей подруги подманила Менаса ближе, — возразил Террор.
— Все было не так, — от страха у Наи заныл желудок.
— Разве? — Террор постучал пальцем по столу. — И ты не видела, как несколькими днями ранее Менас покупал в городе цветы? Не узнала на его форме нашивки офицера? И не передала информацию о нем Отщепенцам, чтобы найти способ пробраться на борт «Вэлианта»?
По ее венам понеслась паника. Отщепенцы? Террор окончательно сошел с ума?
— Я не…террористка!
— Нет? — открыв папку, он выхватил из нее фотографии и разбросал по столу. Пока Ная переводила взгляд с одного снимка на другой, в ее памяти воскресли моменты прошлого. Вечный голод. Холод. Страх. Депрессия. Гнев. Отчаяние. — И это говорит мне девчонка, переправлявшая контрабандное оружие для банды Шестерок в Городе. Она и не террористка? — Террор пододвинул к ней фотографию тайника с оружием. Ная сразу узнала сумку и упаковочный материал. Она не была уверена, переправляла ли эту самую партию, но не исключала такой возможности.
— Я не…Я была просто глупым ребенком. Я голодала. Мне нужна была крыша над головой. Нужны были деньги.
— Избавь меня от душещипательных подробностей, — Террор взял свой планшет. — У всех нас за плечами истории, над которыми можно поплакать. Твои проблемы меня не особо интересуют. Зато меня интересует вот что, — развернув планшет, он показал Нае фотографии сожженных и изувеченных тел.
— Я ничего об этом не знаю, — отшатнулась она.
— Неужели? — Террор положил планшет прямо перед ней, чтобы она не могла отвернуться. — Ты передала информацию о вчерашней отгрузке своему контактному лицу из Отщепенцев. У нас есть отчет о сообщении, отправленном с «Вэлианта». Как выяснилось, ты была замечена в диспетчерской как раз во время отправки пакета данных. У тебя есть объяснения?
— Нет.
— Твой трюк сработал. Вчера вечером Отщепенцы напали на судно. Все оружие украдено. Наши солдаты убиты или искалечены, — Террор замолчал и указал на Пирса. — Солдаты вроде него.
— Слушай, — начала Ная, поняв, к чему он клонил, — я знаю, что в прошлом совершила ужасные поступки, но в те годы была маленьким несмышленышем. Я прекрасно тебя понимаю. Но я не террористка. И не знаю никого, связанного с Отщепенцами.
— Ты никак не можешь прекратить врать, — грубо расхохотался Террор. Внезапно он стукнул руками по столу так сильно, что подскочил планшет. Перепугавшись, Ная лихорадочно вдохнула. Теперь он ударил бы ее? Покачав головой, Террор извлек из папки еще две фотографии и продвинул их вперед. — Хочешь сказать, не знаешь этих двоих?
Она замерла в изумлении. Натти? Ная коснулась фотографии своего старшего брата. Годы не были к нему милосердны. Он казался худым и потерянным. Наю потрясли оспины на его лице и крошащиеся коричневые зубы. Во что Натти впутался на этот раз?
Женщину на втором снимке она узнала не сразу. Мать заметно постарела за восемнадцать лет, минувших с ее ухода. Как и у Натти, ее лицо было изуродовано, но иначе. Кто-то разрезал ее щеку от уха до рта. Швы наложили неумело, и остался широкий кривой рубец.
— Это мой брат Натти, — сказала Ная хрипло из-за чрезмерных эмоций. — И моя…мать.
— Два известных участника подразделения Отщепенцев в нашем секторе, — добавил Террор.
— Ты врешь, — вскинула она взгляд к его лицу.
— Ты знаешь, что нет.
— Нет, не знаю. Я годами их не видела.
— И снова ложь! — раздраженно расхохотался Террор, глядя на Пирса.
— Я не вру, — тоже начала раздражаться Ная. — Мать я не видела почти двадцать лет. И шесть лет не видела Натти.
— Теперь я понимаю, почему тебе с легкостью удалось одурачить Менаса, — мрачно поджал губы Террор. — Я уж считал его легковерным, но нет. Ты наиталантливейшая актриса. Я почти поверил, что ты говоришь правду.
— Но я говорю правду! — раздосадовано закричала Ная.
— По-твоему, я возьму и поверю, что за десять лет, которые твоя мать живет в Городе, вы с ней ни разу не виделись? Поверю, что ты переправляла оружие для ее мужа Сэнди Крейгена, главаря Шестерок, но ни разу не встречалась с матерью? Ная, сделай проклятый перерыв!
