В ожидании завтрака я аккуратно сложила свое одеяло, положила его в сумку и достала из внутреннего кармашка подаренный Даром браслет. Зажгла осветительную сферу, любуясь, как свет играет на ярко-синих камнях. Машинально погладила гладкие бока сапфиров, задумавшись. Браслет будет отличным напоминанием о нашем маленьком путешествии, когда я вернусь во дворец.
Как бы ни хотелось себе в этом сознаваться, но это будет последняя моя отлучка из дворца. Королева всегда должна находиться на рабочем месте, так сказать, а не гулять где-то на другом конце континента. Хватит, и так уже догулялась - прошляпила заговор прямо у себя под носом. Ведь я сама виновата в том, что довела все до такого состояния. Слишком много думала и жалела себя, когда меня посадили на трон, и желала только оказаться подальше от всей этой дворцовой суеты. А я королева, значит, не должна испытывать никаких эмоций и тем более идти у них на поводу.
- Алеса, ты чего, оглохла? - спросил наемник. Я вздрогнула и повернулась к ребятам, смотревшим на меня.- Я тебя уже пять минут зову чай пить, а ты все стоишь и стоишь. Что-то случилось?
- Да нет же, все нормально,- немного раздражившись, сказала я. Они так и будут ко мне теперь всегда приглядываться? - Слушайте, уже светает. Сколько до следующей деревни идти? Мы успеем до темноты?
- Успеем, конечно,- ответил Дарисс.- На этом Большаке поселения чаще попадаются, все-таки дорога в столицу ведет, к тому же это торговый путь из Ксавии в Гатту.
Я присела на бревно рядом с Иллием и принялась отыскивать свои ботинки в сумке. Найдя их, но, так и не решив, какие же лучше - сапоги Агнолы были очень теплые, но на каблуках, а мои ботинки были без каблуков и совсем не теплые,- я поставила добытую из сумки пару обуви рядом со своими ногами, обутыми в высокие сапожки и задумалась.
- Откуда это? - указав на браслет, спросил Иллий. Я искоса посмотрела на Дара, противно усмехнувшегося, и осторожно сказала:
- Поклонник подарил. Он очень богатый и очень тайный, поэтому его имя я не имею права называть.
- Я серьезно,- оскорбился начальник охраны.
Я хотела было ответить, что я тоже вполне серьезно, но обиженный вид мужчины заставил сказать правду:
- Дар подарил, но я ему потом деньги верну, когда мы вернемся домой.
- Для верноподданного это честь, если королева приняла его подарок,- холодно сказал Иллий.- И если Дар требует с тебя денег, то это свинство, порочащее честь королевы.
Я выдохнула, пытаясь не раздражаться. Слепое следование этикету и кодексу верноподданных, приближенных к королевской особе, было обязательным условием службы короне. Но, конечно, не все могли четко блюсти все пункты (да их всех даже запомнить было невозможно). Иллий же всегда старался следовать кодексу, а уж этикет он изучал с пеленок, так как рос во дворце - его отец был полководцем, а мать - фрейлиной моей маман. У меня фрейлин не было и, надеюсь, никогда не будет.
- У меня такое чувство, что у кое-кого вместо мозгов учебник по этикету,- проворчал некромант.
- Что ты сказал? - спросил Иллий, вытаскивая из ножен меч и угрожающе наставив его на горло Дарисса. Марэль попытался оттащить начальника охраны от некроманта, но Иллий раздраженно дернул плечом, а я предупреждающе покачала головой, и наемник оставил свои попытки вразумить начальника охраны. Дар же и бровью не повел, только отвел лезвие от горла.
- Твоя железяка не напугает даже ребенка,- хмыкнул он.- Тем более что она вся в трещинах.
Иллий хотел что-то ответить, но я его опередила, отчего у меня появилось легкое ощущение дежавю:
- А ну перестань. Мою честь защищать не надо, я и сама могу. А тебе, Дар, я сразу сказала, что долг за браслет отдам, и только попробуй отказаться.
- Хватит собачиться, каша сварилась,- ворчливо сказал Марэль, глядя на нас.- Как дети малые, честное слово... А ты, Алеса, вообще иногда думай, кому и что можно говорить.
Я потупилась, опустив глаза и улыбнувшись. И чего Марэль мне выговаривает? Будто не знает, что я несдержанна на язык и всегда сначала говорю, а потом думаю. Это в лучшем случае.
Мы расселись так, чтобы у всех был доступ к котелку с завтраком и принялись черпать прямо оттуда. Каша получилась пресная, к ней не хватало заправки. Я и так не очень-то хотела есть, а теперь и вовсе просто ковырялась ложкой в вязком вареве. Но поесть надо, все-таки нам еще идти и идти.
***
Лерий уже который час корпел над картой Гатты. Безрезультатно. Очередной магический поиск ничего не показал - значит, они были все еще скрыты.
Лэнс, ученик архимага, терпеливо взирал на это действо, не смея никуда отлучаться, потому что так приказал учитель. Нет, учителя он уже давно не боялся и давно бы ушел от него, но предусмотрительный архимаг, нанимая Лэнса на работу, связал себя и своего ученика заклятьем - парень будет свободен, только если учитель сам его отпустит. И вопреки остальным магическим законам, это заклятье не рассеивалось после смерти того, кто его наложил. И в случае смерти Лерия Лэнс так же умрет. Архимаг отпускать своего ученика не спешил, умирать вроде бы тоже, поэтому Лэнс был спокоен.
