Мы двигались на пределе своих возможностей, кружили, словно в страстном танце, одаривая друг друга четко выверенными ударами, одновременно с этим блокируя или уворачиваясь от ударов своего противника. Лимариус был невероятно сильным соперником, его техника боя отличалась от той, которой владела я, заставляя все время быть в напряжении и начеку. Даже не припомню, когда приходилось выкладываться подобным образом. Любой другой противник, лежал бы уже поверженным у моих ног. Но не Лимариус. Давно у меня не было подобного поединка и настолько сильного соперника по спаррингу.
От захватившего азарта адреналин все больше выбрасывался в кровь, открывая второе дыхание и еще большее желание выиграть этот поединок двух сильнейших. Никогда раньше мне не приходилось сражаться в спарринге с калитианами. Но должна же быть у Рыжика, хоть какая-то слабина? Ее лишь нужно вычислить. А еще эта его мельтешащая при движениях огненная коса с вкраплением синего. Сейчас она начинает уже раздражать. И мысль, что схватив за нее смогу разбалансировать его равновесие, и подсечка возымеет, наконец, свое действие.
Плохой оказалась мысль, фатальной для меня. Я и сама не понимаю как, но оказываюсь лежащей лицом вниз с выкрученной в болевом приеме рукой за спину.
– Черт… – все, что могу выдавить из себя.
Я проиграла в этой схватке. Как же так?! И снова его рыжие волосы так привлекли к себе внимание. Словно наваждение.
Лимариус склонился надо мной, ослабляя стальную хватку и заглядывая в глаза. Но я не увидела в них триумфа, скорее в них плескалась внутренняя усталость. Он отпустил мою руку, одновременно с этим подавая свою, чтобы помочь мне подняться. Хотела сначала проигнорировать. Но понимаю, что так покажу всем присутствующим свою обиду и неуверенность. Поражение тоже нужно принимать с достоинством. Я коснулась его ладони, и он, сжав мою кисть, одним рывком поставил меня в вертикальное положение.
– Идем.
Не оглядываясь, он натянул военные ботинки, подобрал свои брошенные вещи, и накидывая военную куртку, направился в сторону выхода. Илийские военные расступились, а в их глазах читалось уважение и даже восхищение к этому калитианину. Тяжело вздохнув, я направилась за ним следом. Задержалась только, чтобы надеть собственные вещи.
Лимариус ожидал меня в коридоре, и как только я вышла из тренировочного зала, кивнул следовать за ним. Мы молча дошли до подъемника, и так же молча он выбрал уровень с посадочной палубой. И вышли мы в отсеке, где я оставила «Синюю птицу». Кинула взгляд в сторону, где стояли калитианские флайеры и одного на месте не наблюдалось. Мысль обозначилась только одна: принц увез свою жену обратно во дворец. И если остался один флайер, то я с Лимариусом не полечу. Разговаривать он хочет, или шею мне свернуть, при свидетелях же не сделаешь этого. Я резко остановилась. И как ни странно калитианин тоже.
– Лаура?
– Не, Лимариус, я с тобой туда, – и я указала на флайер, – не пойду!
Резко разворачиваюсь и направляюсь в обратную сторону.
– Лау-ур-ра! – раскатисто слышится за спиной.
И я не оборачиваясь, при этом еще и ускоряясь, высказываю:
– Только через мой труп, Лимариус!
Секунда, вторая и калитианин меня настигает, собираюсь дать отпор, вот только шею пробивает от внезапного укола. Смотрю шокировано в ярко-желтые глаза.
– Транквилизатор, – тяжело выдыхает Лимариус.
Я еще твердо стою на ногах, но чувствую, что ноги подкашиваются лишь от осознания, что через мгновение я окажусь полностью беспомощная в его власти.
– Идем до флайера, если не хочешь, чтобы присутствующие здесь военные увидели, как ты висишь у меня на плече.
Тяжело сглотнула. Я не хочу висеть на его плече. Делаю шаг, ноги еще слушаются, когда внутренности уже сковал страх своими ледяными щупальцами.
Лимариус, поддерживая меня под руку, направляет в сторону своего космического корабля. До трапа осталось совсем немного, но силы начинают покидать меня. И в какой-то миг лишь чувствую, как мне не дают упасть, аккуратно беря на руки. А после сознание обещало счастливо оставаться, погружая в пустоту.
Лаура Эрол
Пробуждение было не из приятных. Угораздило же меня уснуть в сидячем положении. Да еще и освещение не приглушив, или выключив, от этого и глаза открывать совсем не хотелось. К тому же в голове чувствовалась тяжесть, да еще и тонкая прядка выбившихся волос неприятно щекотала лицо. Потянула руку, чтобы убрать этот незначительный раздражитель, только у меня не получилось. Рука так и не поднялась. Я вмиг напряглась, дернула вторую руку, уже предчувствуя, что и она мне не подчинится. Можно было и не сомневаться. Мои руки были плотно зафиксированы к подлокотникам. Какого хорса?! Ноги так же мне не поддались.
Липкий страх пробежался по позвоночнику. А из памяти восстановился недавний спарринг и:
«Транквилизатор».
Черт! Черт! Черт! Син Лимариус Ру Ториэн!
Несколько раз глубоко вдохнула и медленно выдохнула, в попытке успокоиться. Все тщетно. И я распахиваю глаза.
