Верн подошёл и присел передо мной на корточки. Я молча смотрела на него, не зная, как поступить. Да, он был прав — нужно было хотя бы выяснить правду. А не прятаться от неё.
— А можно мне всё-таки выпить?
Он кивнул, молча поднялся и через некоторое время вернулся с таким же стаканом, какой прежде принёс себе. Я не стала нюхать или раздумывать — молча махнула всё содержимое залпом и зажмурилась, ожидая, когда пройдёт жжение в горле и я смогу снова вдохнуть.
— Полегчало? — Спросил Верн через пару минут, вынимая пустой стакан из моей руки. — Или ещё?
— Ещё.
Через минуту мне подали ещё одну порцию термоядерного пойла — как раз то, что мне сейчас было нужно — и я снова осушила стакан залпом.
— Больше не дам. — Он отнял пустой стакан и поставил его на столик. — А то сейчас напьёшься и приставать начнёшь.
Я хихикнула и приоткрыла глаза. Пришлось проморгаться и стереть набежавшие слёзы, чтобы рассмотреть его улыбающееся лицо перед собой.
— Можешь на этот счёт не волноваться. — Сказала я, и тут же, переча самой себе, подняла руку и провела пальцами по его щеке.
Просто он был так близко. И эта его отросшая за день щетина. И губы.
Верн поймал мою руку и убрал мне на колено.
— Говорил же, что приставать начнёшь. — Сказал он, встал и отошёл к своему креслу. — А мы ещё разговор не закончили.
Настроение сразу испортилось и даже как будто хмель улетучился.
— Я думаю, это Иллиан. — Сказала спокойно. — Иллиан Норвуд, сын Маркуса Норвуда.
Верн откинулся на спинку кресла и потёр лоб ладонью.
— Маркус, барон западного округа Вейлорны. — Я вытаращилась на него, а он усмехнулся и продолжил. — Ты думаешь, мы не знаем, кто правит городом?
— Вы знаете? И не арестовываете?
— А зачем? Чтобы на их место пришли другие, начали новый перераздел территории, порезали кучу народу? Мы знаем их — они знают нас. И, кстати, соблюдают правила игры.
У меня был очередной сдвиг парадигмы, но я решила не выяснять, что за игры у него с криминальными авторитетами. С меня сегодня хватит потрясений.
— Ладно, играйте в ваши игры. — Я вздохнула и рассказала ему о последней встрече с Иллианом, странном мужике, с которым он разговаривал и что на самом деле произошло возле «Лисицы».
— Собственно, это подтверждает мои догадки. — Сказал Верн. — Я предполагал, что в этом деле замешан кто-то, кто передаёт тебе заказы. И думал про «Лисицу». Так что всё сходится.
Он поднялся и несколько раз прошёлся по комнате. А я сидела и думала, насколько непостижимыми бывают переплетения судьбы. Кто бы мог предположить, что я буду сидеть в доме у следователя Управы и обсуждать свои заказы?!
Я даже головой потрясла, чтобы уложить мысли рядками.
— Ты арестуешь его? — Спросила Верна, когда он наконец перестал бегать по комнате и остановился передо мной.
То ли алкоголь сделал своё дело, то ли факт, что Ил меня предал сам как-то уложился в моём мозгу, но это больше не вызывало такого ужаса или потрясения. Ну да, мой брат — убийца. Ну решил он и меня заодно убить — что такого? С каждым бывает.
— Пока нет. — Ответил Верн. — Но за ним проследят, чтобы удостовериться. И чтобы других бед не наворотил, если это он. Но нам гораздо важнее взять заказчика. И того, кто этого заказчика нанял. Думаю, мы оба понимаем, откуда этой гнилью несёт.
Я кивнула и поднялась, чуть покачнувшись. Всё-таки алкоголь делал своё дело. Иначе с чего бы мне класть руку на грудь подхватившему меня под локоть Верну? Он дёрнулся и снова перехватил мою ладонь:
— Нет уж, девочка! — Сказал он, убирая с себя мою руку. — Я буду спать с тобой только с трезвой.
Я вздёрнула подбородок — тоже мне, порядочный засранец! Ну и ладно, пойду спать одна. Знать бы ещё, как до своих апартаментов добраться…
— Откроешь портал в мою комнату? — Спросила, как ни в чём не бывало. Ну точно, его тролье пойло у меня башню сорвало. Откуда бы столько смелости?
— Ты спишь здесь. — Ответил он.
— Чего?
Сам же только что сказал, что не спит со мной пьяной. Не такая уж я и пьяная, кстати.
— В гостевой спальне моих покоев. — Уточнил он.
— Ааа!.. Ну ладно, показывай, куда идти. — Сказала я и икнула.
От усталости!
Рин
Проснулась я в полшестого утра от зверской жажды и плавящей мозг головной боли. «Сон пьяницы короток и беспокоен» — любит говаривать моя приёмная мама. От её наливки, кстати, никогда не бывает похмелья, в отличие от этого трольего пойла.
Я только успела пошевелиться в направлении края кровати, рядом тут же засветились два зелёных глаза.
— Проснулась, пьянчужка?
Кот зевнул во всю пасть, уселся и принялся наблюдать за моими попытками двигаться как можно более плавно, чтобы не потревожить больной мозг.
— Изыди. И без тебя тошнит.
Говорила я тоже едва размыкая губы и на одной ноте. По той же причине. Но то я. Коту техника безопасности ни к чему. Он решил вынести мне мозг не только психологически, но и физически, включив свой самый противный голос и громкость на полную:
— Оти-боти! — Кривлялся он. — Тошнит её! А вчера ты чем думала, когда эту отраву пила?
