Балансируя между сном и явью, я не сразу поняла, что наш путь закончился и меня аккуратно положили. Последние крохи силы уже покинули тело, и я с трудом даже дышала, не говоря даже про то, чтобы пошевелиться. Сразу стало холодно, а затем вернулся страх, и я открыла глаза.
Мы находились в небольшом охотничьем домике, освещенном лишь пламенем камина. Рейонер стоял совсем рядом, и я не могла видеть его лица, но отчетливо видела напряженную спину и желваки, игравшие на скулах. Хотелось крикнуть, чтобы он меня не отпускал, прижал еще крепче, подарил еще немного тепла, которое поможет остаться в сознании чуть дольше. Но я не смогла, вместо этого вернувшись к привычным колкостям.
— Можешь не радоваться, ищейка, — выдохнула я едва слышно, — я так и не послужу на благо империи, сколько бы ты ни старался. Мой дар тебе не достанется, он скоро погаснет, навсегда.
— Я знаю, — и без того низкий голос приобрел необычные рычащие нотки, дрожью отозвавшиеся в теле. — И не позволю этому произойти.
А как же стремление уничтожить меня любой ценой, где угрозы, обвинения, язвительность в конце концов. Я даже слегка улыбнулась, ищейку словно подменили, но, признаться, ему это невероятно шло.
Как будто почувствовав мою улыбку, он медленно повернулся лицом, и я едва не забыла, как дышать. От всей его фигуры веяло просто невероятной мощью и силой, которой хотелось покориться… стать ее частью.
Скулы ищейки заострились, под глазами залегли темные тени, словно он очень устал за прошедший день, а взгляд блестел каким-то лихорадочным, потусторонним огнем. Именно этот огонь завораживал, притягивал словно магнит, проникая в самую душу и заставлял сердце биться быстрее. А следом за сердцем оживал и дар, что практически уже погас под натиском осколка чужой жизни и чужой стихии.
Он перехватил мой внимательный взгляд и темные глаза потемнели еще больше, а я ощутила легкий жар, волной прошедший по телу. Мой внутренний источник встрепенулся и разгорелся ярче, словно старался дотянуться до темного пламени в глазах напротив и раствориться в нем.
— Ты не в себе, — уже не спрашивала, утверждала я. — Определенно не в себе… и я, видимо, тоже.
— Я давно не в себе, с тех самых пор, как существую, — голос опустился до тихого шёпота и за его спиной развернулись полупрозрачные темные крылья. — Но теперь я обрел свое пламя.
Он наклонился совсем низко, а я не могла оторвать взгляда от тьмы, бушующей за его спиной. Захотелось прикоснуться к ней, ощутить невесомую стихию под пальцами, стать ее частью. Желание было настолько сильным, что в какой-то момент я не выдержала, приподнимаясь на локтях, и едва дотронулась до темных сгустков.
В тот же момент крылья встрепенулись, укрывая нас плотным коконом, и я окончательно пропала, утонув в черных глазах. Сердце билось в груди словно сумасшедшее — никогда в жизни я не видела ничего более прекрасного и завораживающего, и никогда не думала, что тьма может быть настолько изящной и красивой.
Мой огненный дар всего на мгновение замер, словно прислушиваясь к тому, что произошло, а затем начал стремительно увеличиваться в размерах, отвоевывая потерянные позиции. Он устремился навстречу самой тьме, словно давно был ее частью, тем, без чего она не может существовать.
Ощущение целостности и правильности всего происходящего было настолько ярким, что я просто потерялась в переполняющих меня эмоциях. Такого просто не может быть.
Не знаю, что ищейка увидел в моем взгляде, но его руки медленно скользнули вверх по моей талии и уже через мгновение я оказалась крепко прижата к его груди. Теплые губы накрыли мои и огонь стихии разгорелся до настоящего пожара, переплетаясь с темными крыльями замысловатой вязью.
— Не отпущу, — жаркое дыхание опалило шею, — даже не надейся, мое пламя…
Чужому дару больше не было здесь места, и он был поглощен бушующим внутренним пожаром, усиливая его, заканчивая слияние. Это было самое настоящее безумие, пульсацией отдающееся в висках и в теле, но именно сейчас я ощущала себя наиболее целостной и защищенной. Я была собой и заняла положенное место.
И сейчас мне было все равно, на то, что раньше было между нами, остались только стихии и их невероятный танец. Едва не погасший огненный дар снова полыхал от переполняющей его магии, а я чувствовала — так нужно, так и должно быть.
Это было сильнее меня… Жаркие руки скользили по телу, покрывая его мурашками и срывая одежду. Но остановиться мы уже не могли… это было сильнее нас обоих.
С этого момента пути назад уже точно не было.
Резко проснулась и села на кровати, словно меня кто-то разбудил, и едва не схватилась руками за голову — это был не сон, и даже не предсмертный бред. Мы находились все в том же неприметном домике у окраины леса, а ищейка мирно спал рядом, разве что не посапывал во сне, сложив руки за голову.
И как я только могла пойти на такую глупость.
