— Так вот, пока весь мир рушится и приходит в упадок, наше дерево, великий ясень, будет, торжествуя, стремиться к небу! Как тебе такой вариант?
— Думаю, да. Я согласна с каждым твоим словом, Джек.
— Хорошо, тогда допивай этот бокал вина, и выдвигаемся в путь. У тебя есть лак для ногтей?
— Вроде бы, немного. Погоди.
Откуда взялся этот человек? Он словно с неба свалился в мою жизнь. И почему его любовь к жизни была так заразительна?
Я пошла в ванную и вернулась с небольшим пузырьком красного лака для ногтей. Он был почти пуст. Я вручила его Джеку. Он осторожно протер плоский камень, который нашел непонятно где.
— Наше бессмертие, — сказал он.
Джек хорошенько встряхнул лак для ногтей и написал им наши имена на камне, заключив их в дурацкое сердечко. Вынул складной ножик и вручил его мне.
— Вот, отрежь прядь моих волос, будь добра. А потом я отрежу твои.
Я отрезала завиток над его правым ухом. Джек тоже срезал небольшой локон рядом с моим левым плечом. Он связал обе пряди кусочком бечевки, отрезав ее от мешковины, которая держала дерево.
— В идеале, — сказал он, не отрывая все такого же живого и счастливого взгляда и рук от процесса, — мы могли бы посадить растение просто так, без защиты, но тогда волосы разложатся, а надпись не будет видно. Вот, — сказал он, взяв в руки пластиковый контейнер от арбуза. — Может быть, не так романтично, но прослужит дольше. Что скажешь? Хочешь что-нибудь добавить?
Я кивнула. Взяла камень и под нашими именами дописала свою любимую строчку:
Джек прочитал, кивнул и поцеловал меня в губы.
— Раф с Констанцией не захотели пойти с нами? — прошептала я.
— Я их не приглашал. Это все для нас, а не для них.
Я сжала его руку.
Было темно. Бульвар Сейнт-Мишель был достаточно мрачным, но мы все равно держались ближе к тени. Мы несли в руках самые ничтожные садовые инструменты, которые только можно придумать. У нас был один-единственный столовый нож, бутылка воды, пластиковый контейнер — и ничего больше. Оттого, что мы делаем нечто незаконное, меня бросало в дрожь. Парк был закрыт, но Джек заверил, что многие пробираются туда ночью. Он решил, что, даже если нас поймают, мы все объясним, и нас не арестуют. Он убедил меня, что французы не смогут устоять против такой истории любви.
Меня не покидало чувство, словно мне десять лет и я играю в прятки.
Да уж, на всю жизнь запомню это приключение. Это нечто большее, чем фото. Большее, чем поход в музей. Наше дерево будет расти в парижском парке целое столетие, а наши с Джеком имена будут оберегать его корни. Вот так Джек видел мир.
— Нам нужен нетронутый участок… Незаметное место. Ничего кричащего или броского, ладно? Мы хотим, чтобы дерево было пустым местом первые двадцать лет своей жизни. А потом, о, детка, оно станет доминировать над всем парком. Оно станет самым крутым плохишом в округе. Ты со мной?
— Да. Черт возьми, да.
— Хорошо, поехали. Как тебе вот это место? Не самое лучшее, но, думаю, безопасное. Недалеко от столиков у кафе. Можем завтра вернуться и посмотреть, как обстоят дела. Это нечто, ты согласна?
Мы осторожно пробрались вдоль широкого газона, стараясь не попасть под свет фонарей бульвара Сен-Мишель. Наконец добравшись до пустого участка земли, Джек быстро все осмотрел и предложил место в правом углу.
— Здесь нет больших деревьев, — сказал он и, упав на колени, принялся копать яму. — Нет конкуренции. Его можно будет принять за волонтерское растение или дерево, которое посадило управление и забыло о нем. У них не будет никаких оснований выкапывать его. Тем более здесь нет никаких важных памятников. Ну как тебе? Нравится место?
— Идеально. Думаю, у нас все выйдет.
— Хорошо, почва мягкая. Ничего сложного. Ты готова? Мы посадим его вместе. Давай.
У меня дрожали руки. Я не могла их контролировать до тех пор, пока Джек не накрыл мои руки своими, успокоив меня.
— Это наше дерево, — прошептал он. — И больше ничье. Оно всегда будет нашим.
— В Париже.
— Наше дерево в Париже, — сказал он. — Могучий
Я положила коробку с нашими волосами и камнем в ямку рядом с крохотными корнями. Мы засыпали ямку и примяли землю вокруг ствола. Мы сделали все возможное, чтобы это дерево навсегда осталось там. Джек дал мне бутылку воды.
— Вода поможет извлечь воздух из почвы, — сказал он. — Напоит дерево в его новом доме.
Я осторожно налила воды на основание дерева. Бог Пан неподалеку пристально наблюдал за нами в тусклом свете недалеко от входа в парк. Казалось, он был не против.
