– Ничего не говори, – качает он головой, прижав указательный палец к моим губам. – Я ничего не хочу слышать. Просто.… Давай ты подумаешь эти выходные. О нас. О том, чего ты хочешь. А потом мне расскажешь о своем решении. Хорошо?
– Угу, – киваю, пока мои губы горят от прикосновения к ним его пальца.
– Хорошо, – удовлетворенно выдыхает он, не убирая рук с моего лица, наклоняет поближе к себе и коротко, но жарко, целует в губы. На мгновенье задыхаюсь от его жадного напора, словно он не хочет меня отпускать. Но он быстро отпускает мои губы и, убрав руки, возвращается обратно к плите.
– Тебе чай, или кофе? – спокойно спрашивает, ставя чайник. А я ежусь и пытаюсь опустить футболку парня еще ниже. Спокойствия и расслабленности, царившей пару минут назад, как не бывало. Осталось только напряжение и недосказанность.
– Кофе, – киваю, отводя взгляд в сторону.
Мне стало неуютно сидеть на кухне Макса, пока он жарит блинчики и готовит нам кофе.
– Может, тебе помочь? – спрашиваю, поднимаясь на стуле.
– Не надо, – не поворачиваясь ко мне, качает он головой из стороны в сторону. – Я почти закончил.
Я лежала в своей кровати, сложив руки на животе, и уставившись в потолок. Макс вчера, после того как мы позавтракали, отпустил меня переодеваться, а потом отвез к дому. Как в тот день, когда он еще был просто ботаником, и отвез меня обратно домой. Также молча, и отвернув голову. Только в этот раз, перед тем как отпустить меня, он схватил меня за руку, подтянул к себе и жарко поцеловал. Я потерялась во времени, и не заметила, как оказалась между его ногами, обнимая за шею и зарывшись пальцами в его волосы. Он крепко прижимал меня к себе, обнимая за талию. А потом просто отпустил и сказал идти домой. Я шла к подъезду, чувствуя на затылке взгляд парня. Поднималась к своей квартире в полной тишине, так и не слыша звука отъезжающего мотоцикла. Закрыв дверь квартиры, я, сбросив ботинки, пальто, и бросив сумку на пол, побежала к окну на кухне выходящим на внутренний двор. И оказалась права в своих мыслях. Он никуда не уехал. Макс сидел на своем байке, шлем висел на ручке руля, а сам парень смотрел прямо перед собой. А потом, словно заметил мой взгляд на себе, поднял голову сразу на мое окно. Минуту мы обменивались взглядами, пока, в конце концов, он не кивнул, и, надев на голову шлем, не выехал из двора.
Дома в это время было тихо и спокойно. Лиза еще спала, а из комнаты Эдика постоянно раздавались какие-то звуки, источника которого я не могла различить. Но меня это уже не столь сильно волновало, как то, сколько всего произошло всего за один день. Убрав беспорядок в коридоре, я зашла на кухню за горячим кофе и шоколадным печеньем.
А потом я просто улеглась на кровать, перед этим не забыв переодеться в свой самый лучший (самый удобный) наряд. Большая, на три размера больше моего, черная рубашка, с каким-то изображением на спине, на который мне в данный момент было немного все равно. Пижамные шорты в вертикальную черную полоску. На ногах высокие белые, с двумя красными полосками наверху, гольфы.
И вот, уже, по моим ощущениям, несколько часов, тогда как на самом деле всего несколько минут, я рассматриваю потолок своей комнаты и думаю о том, какой неожиданный кульбит сделала моя жизнь.
Жила себе нормально. Никого не трогала. Не материлась, – моменты апогея здесь не считаются, – не билась и старших уважала. Так нет же, влюбилась. И не абы в кого, а самого популярного парня университета. Ну, ладно. Допустим, это произошло. Дальше безумная идея моей подруги, на которую я купилась. Сама идея заключалась в том, что бы я начала общаться с объектом своих грез, когда мы станем партнерами по проекту. Но тут, неожиданно, наш главный экономист университета, магистр наук и самый любимый профессор экономики – Константин Геннадиевич, решил изменить себе и, не сделать как обычно и распределить нас по списку, а наугад. Хотя, я сейчас вполне начинаю понимать, что со мной он поступил как раз по списку. Ведь Самойлов в списке стоит раньше Соснова. Но почему тогда Машка с ним, если она Круглова? Возможно, это так и останется для меня загадкой. Но, сейчас не об этом. Дальше оказывается, что Максимилиан Самойлов не такой простой ботаник, как кажется на первый взгляд. Он слушает рок, имеет гордость и… умеет хорошо целоваться, чего я, если честно, вообще от него не ожидала.
