Проснувшись на следующий день, я поняла, что сильно нервничаю. И не просто сильно, а очень-очень сильно. У меня дрожали руки, пока я пила кофе и Лиза собиралась вызывать скорую, думая, что я чем-то заболела. А когда я сказала ей, что сегодня после университета встречаюсь с Максом, что бы сказать ему свое решение, она засмеялась и предложила мне немного успокоительного. Из того, что хранится у Эдика в комнате в специальном подлокотнике дивана. Покачав головой, я сказала, что попробую справиться с этим своими силами. Заметив, что девушкам не принято своими силами справляться с таким родом переживаний, Лиза решительно достала из холодильника чизкейк и положила кусочек мне на тарелку.
Еле отделавшись от усмехающейся девушки, догадывающейся о моем ответе, я вернулась в свою комнату. И тут же растерялась, так как не представляла, что мне сегодня надевать. Джинсы и кофту? Подумает, что мне плевать. Платье и туфли? Что я одна из его фанаток, очнувшаяся после того, что было в пятницу вечером.
– Черт, – шиплю сквозь зубы, опустившись на край кровати и уперев локти в колени, закрываю лицо руками.
– Мелкая, чего опять страдаешь? – спокойно заходит в мою комнату Эдик.
– Не знаю, что надеть.
– Так, – задумчиво говорит Эдик передо мной.
Приоткрыв глаза, осматриваю его внешний вид. Ему-то просто выбрать одежду. Что не одень, все к лицу. Даже сейчас, в черной кожанке с серебряными заклепками, черной рубашке с несколькими расстегнутыми пуговицами, низких джинсах с короткой цепью, зацепленной за карман и уходящей назад, и черными берцами. В таком виде можно и на вечеринку, и на гонку, и на свидание, и на свадьбу. Один лук на все случаи жизни. А мне что делать? Что мне одеть такое, что бы Макс ничего такого не подумал.
– У тебя полным полно шмоток, и ты не знаешь, что надеть? – удивленно спрашивает Эдик, уперев одну руку в бок.
– Угу, – киваю, вновь спрятав лицо в ладонях.
– Не замечал за тобой такого, что бы ты в обычный учебный день собиралась надеть что-то такое. Мелкая, – он наклоняется, что бы заглянуть мне в глаза. – Признавайся, тебя популярная девушка укусила?
– Нет, – качаю головой, улыбнувшись.
– Тогда с какого перепугу ты сидишь тут и мыслителя строишь? Надевай джинсы и кроссы и вперед с песней.
– Я не могу одеть кроссы и джинсы, – качаю головой.
– С чего это вдруг?
– С того, что сегодня после универа я увижусь с Максом.
– Оп-па, а это уже интересно, – не скрывая любопытства, Эдик садится передо мной в кресло и закидывает одну ногу на другую. – Подозреваю, что вы уже обо всем поговорили.
– Почти.
– Собираетесь договорить об этом после универа?
– Да.
– А почему не в универе?
– Его сегодня не будет.
– Хмм, интересно. А почему его сегодня не будет? Ботаники обычно не пропускают.
– По себе знаешь? – язвлю в ответ, приоткрыв лицо.
– Язва, – усмехается в ответ Эдик, потирая указательным пальцем бровь. – Так почему его сегодня не будет, он тебе не сказал?
– Сказал, – киваю, подняв на него взгляд. Сталкиваюсь с глазами цвета темного шоколада или крепкого кофе. – У него сегодня днем репетиция с парнями.
– Так значит, я угадал? – с ухмылкой спрашивает Эдик, указывая себе за спину, где над моим письменным столом висит небольшой плакат с парнями «В огне». В центре стоит Рейв, смотрящий прямо перед собой, нахмурив черные брови. А в его застывших зелено-золотых глазах полыхает решительность.
– Как бы это ни было странно, но да.
– Ха! – весело восклицает Эдик, повернувшись в сторону открывшейся двери. – Систер, гони магарыч. Ты продула!
– Что? – растерянно говорит Лиза, застыв в дверном проеме.
Кажется, что Эдик ее вырвал прямо из-под расчески. Половина волос расчесана и гладкими волнами ниспадает ей на плечо, а другая половина взъерошена и растрепана. О чем, кстати, свидетельствует зажатая в руке расческа. В остальном же, Лиза вполне готова к труду и обороне. Светло-розовая кофта с изображением кота на груди и длинными рукавами, светло-серые джинсы с подкатами и ботильйоны на высокой танкетке.
– Как это, продула? – очнувшись, спрашивает у Эдика Лиза, дрожащим пальцем показывая в сторону того же плаката с Рейвом. – То есть он…? Ты не говорила, что твой Макс – солист Рейв.
– Эмм, – а вот тут я растерялась, забыв, что не сказала Лизе, кто такой Макс на самом деле. – Упс.
– Ладно, – выдохнув, Лиза уперла руки в боки и сказала Эдику. – Твоя взяла, следующие коробки твои.
– Стоп, – останавливаю их, понимая суть происходящего. – Вы что, спорили на то, кем является Макс?
– Это была его идея, – сразу сдает брата Лиза, указывая на него рукой с зажатой в ней расческой.
– Да, моя, – кивает Эдик. – Потому что ты мне не поверила, когда я тебе сказал, что наша Алинка закрутила роман с рокером.
– Ничего я не закрутила, – отрицаю, садясь на кровати ровнее.
– Это пока, – кидает он мне. – Сегодня закрутишь.
Фыркнув, я сложила руки на груди и повернула голову в сторону.
– Но ты предложил поспорить, – отвечает Лиза.
– Да, предложил. И ты проиграла. Так что, мелкая, следующие четыре коробки конфет не трогать. Они мои, честно выигранные.
