— Зря ерничаешь, Смолина! На тебя куча жалоб — из больницы, от прохожих с улицы, от Людмилы Лисинцевой. Ты че к ней привязалась? Че тебе на месте не сидится?
Анна хмуро смотрела на него, и поняла, что милиционер прав. Почему ей все время не сидится на месте? Зачем было переться в тот лес три года назад? Не сделала бы она тогда тот шаг — сейчас бы горя не знала. Она бы не притащила домой проклятый диск, Резнова был бы жив, и, может, Ленка вены бы не резала.
— А ты запри меня на пару годков, — вдруг сказал Анна. — Подальше от людей. Может, они действительно так в безопасности будут.
— Ты договоришься, я тебя действительно закрою! — рявкнул милиционер.
— Чтобы кого-то закрыть, нужны веские доводы, не правда ли, лейтенант? — послышался властный голос. Милиционер вздрогнул. Из полумрака коридора вышел высокий человек в пальто и показал милиционеру удостоверение. Тот вытянулся по струнке.
— Анна Смолина? — спросил человек через решетку. Анна кивнула. Он повернулся к милиционеру. — Открывай. Я ее забираю.
***
Они вышли из прокуренного участка в прохладный вечер, и Анна зябко поежилась.
— Кофе? — спросил ее спутник. — Я угощаю.
Смолина кивнула. Кем бы он ни был — пусть хоть самим дьяволом, но кофе сейчас был жизненно необходим. Они не спеша пошли в сторону кафе мимо ярко освещенных витрин. Краем глаза Смолина заметила, что вдоль тротуара по проезжей части со скоростью пешехода за ними неотступно следует черная волга.
— Не переживайте, это со мной, — спокойно сказал человек, не глядя на Анну.
Смолина исподтишка изучала своего неожиданного спасителя. Высокий, в дорогом, но старомодном темном пальто, волевой подбородок, нос с горбинкой, глаза стального оттенка. От него так и веяло силой, казалось, этот человек может прямо сейчас пробежать стометровку, не задохнувшись. И только глубокие морщинки в уголках глаз и седые пряди волос выдавали, что ему уже за пятьдесят.
— Чем обязана?
— Пока ничем, — спокойно ответил ее спутник. — Это неофициальная беседа, так сказать, за чашечкой кофе. Хочу поговорить о брате.
Он посмотрел на Смолину взглядом внимательных серых глаз. Только сейчас Анна поняла, кого он ей напоминал.
— Резнов Геннадий Иванович, — представился мужчина.
— Он почти не говорил о вас...
— Мы не общались много лет. Это было обоюдное желание.
Помолчали. По проспекту мимо неслись машины, мелькали силуэты людей, а Анне виделась в этих силуэтах тень старого поисковика.
— Что он делал на Ладоге?
— А вы не знаете?
— Я знаю гораздо больше, чем многим бы хотелось. Мне интересно ваше мнение.
Они подошли к окошку кафе.
— Два кофе. Мне латте, а вам? Два латте.
Взяв кофе, они пошли дальше по вечернему городу.
— Вы были близки с...
— С вашим братом?
Он кивнул.
— Если бы меня спросили — кто лучший человек на земле — я бы не задумываясь назвала его.
Резнов удивленно хмыкнул.
— Он рассказывал, как под лёд в детстве провалился, а вы ему помогали вещи у костра сушить, чтобы родители не заругали.
Резнов взглянул на нее, и в его глазах стального оттенка Анна уловила глубоко скрытую тоску.
— Когда-то давно мой брат совершил ошибку, — медленно проговорил Резнов. — Не знаю, рассказывал ли он вам — но он вор. В детстве он вскрывал машины. — Геннадий сделал паузу, словно собираясь с духом. — Я был вынужден посадить его.
Чужая жизнь пронеслась перед внутренним взором Смолиной. Промелькнула, словно ее и не было. Два брата не разлей вода, готовые друг ради друга на все. Две дороги, ведущие в разные стороны. И ошибка, которая разом оборвала эту прочную связь.
— Он грабил честных советских людей, отбирая то, что было нажито огромным трудом, — с презрением произнес Геннадий. — Пока все население страны строило светлое будущее, ваш «лучший человек в мире» его саботировал.
Смолина остановилась.
— И как, построили?
— Что построили? — Резнову тоже пришлось остановиться.
— Ну, лучшее будущее. В котором нет убийств, в котором не пропадают люди, дети не режут себе вены. Получилось?
Резнов хмуро посмотрел ей в глаза, но ничего не ответил.
— Может, теперь получится? — с надрывом произнесла Смолина. — Вам брат мешал, да? Он же саботировал! А вот теперь, когда его не стало — ну вы точно справитесь!
Анна бросила стаканчик с кофе под ноги Резнову-старшему и пошла прочь.
— Он выбрал не ту дорогу, — сказал ей в спину Резнов. — Это его и сгубило.
Анна остановилась.
— Нет, — жестко ответила она. — Он помогал людям, искал пропавших. Он помогал мне, хотя не должен был. Рисковал жизнью.
— Он всегда рисковал. Это у него в крови, — Резнов машинально достал пачку сигарет, сунул одну в рот, потом смял ее и выкинул. — Чертовы сигареты! Кто бы мог подумать — отек легких из-за астмы.
— Это не астма. Его отравили.
Резнов сощурил глаза.
— Мы разворошили осиное гнездо.
— У вас есть доказательства?
— Нет.
