Сквозь хлипкую входную дверь девочка чутко вслушивалась в подъездные звуки. Вот в лифтовой шахте утробно заурчало, включились моторы, и лифт с девятого этажа поехал на первый. Аня вновь взглянула на часы — без одной минуты четыре. Это был он. Руки Ани в мыльной пене принялись с бешеной скоростью домывать тарелки.
Она знала: лифт едет вниз двенадцать секунд. Еще десять нужно на то, чтобы кабина остановилась, двери открылись и впустили того, кто вызвал ее на первый этаж. Затем пасть лифта захлопывалась с грохотом, который эхом прокатывался по лестничной клетке.
Сейчас старый лифт неспешно ехал вниз. Аня по звуку могла определить, какой этаж он проезжает. Вот их, седьмой этаж, на котором из шахты донеслись голодные звуки, словно некто огромный что-то глотает. Шестой. Пятый. Четвертый. Посудная тряпка в руках засверкала с бешеной скоростью. Еще четыре тарелки. Потом — метнуться в прихожую, схватить балетки — одеть можно будет уже на лестничной клетке между седьмым и шестым этажами. Главное — успеть.
Лифт достиг первого этажа. Утробный металлический звук возвестил о том что его двери открылись.
Три тарелки.
Двери лифта захлопнулись, словно челюсти хищника, вцепившиеся в горло жертвы.
Две тарелки.
Аня слышала, как натужно задрожали тросы, как груз на самом верху пришел в движение, и начал опускаться вниз. Вот он проплыл уже мимо ее седьмого этажа. Значит, лифт на третьем. Кабина неумолимо поднималась наверх.
Одна тарелка.
Скользкий фарфор выскользнул из намыленных рук Ани и тарелка, упав на пол, с треском разлетелась на части.
Сердце перестало биться в груди. Аня слышала, как течет вода из крана, слышала, как замер лифт на седьмом этаже, как распахнулись его двери с металлическим скрежетом. Она продолжала смотреть на осколки, блестящие в солнечных лучах, пробивающихся сквозь ненавистные желтые шторы. В коридоре лестничной клетки слышались тяжелые, неторопливые шаги. Словно вальяжный хищник из передачи «В мире животных», играющий со своей жертвой, знающий, что та уже никуда не сбежит.
На солнце набежала туча, и на осколке донышка тарелки с надписью «рубль восемнадцать копеек» последний раз сверкнул блик.
Отец вогнал ключ в замок, словно нож в тело, и провернул.
***
Лифт скользил между этажами, словно погружаясь в бездну. Анна не могла видеть тех, кто находится за ее спиной, но запах становился все отчетливее. Рядом стоящий Виталик, смотрел в стену — от него помощи ждать не приходилось.
Мысли лихорадочно метались в голове. Что, если это просто твоя паранойя, Смолина? Мало ли от кого может пахнуть ладаном! Наверняка человек просто зашел в церковь или магазин благовоний. В здании сотни офисов и помещений — банки, склады, магазины, нотариус, парикмахерская, психолог в конце концов. Эти люди просто пришли сюда по своим делам.
Но почему-то эти мысли казались Анне жалкими попытками откупиться от парализующего страха. Смолина вдруг отчетливо поняла: человек, убивший Машеньку, знает, что Анна занимается его поисками. И пока она, такая самоуверенная, ищет его, он ее уже нашел. И прямо сейчас стоит позади нее и молча усмехается. А может, сжимает в руке шприц со спидозной иглой.
Кто-то позади нее словно ненароком повернулся, чтобы не стоять в неудобной позе, оказавшись к Анне на несколько сантиметров ближе. Смолина чувствовала сзади его дыхание, и оно становилось все ближе. Она уже физически ощущала укол в спину, чувствовала, как тонкая игла проходит сквозь слои одежды и мягко входит в податливую плоть. Погружается в ткани и мышцы, и грязная, чужая кровь мгновенно распространяется по организму. Она смешивается с ее, Анной, кровью, и красные тельца, запертые в сосудах как Смолина в лифте с незнакомыми людьми, несут яд прямо к сердцу, которое уже начало бухать не в такт.
Внезапно лифт дернулся и замер. «Застряли!» — мелькнула паническая мысль, но дверь медленно разъехались в стороны, выпуская жертву.
Анна выскочила из лифта, как ошпаренная и тут же обернулась. Прямо за собой она увидела бабушку в косынке с прозрачным файлом в руке, сквозь который просвечивали какие-то документы. В лифт, смешиваясь с выходящими из него, тут же начали заходить новые пассажиры.
— Дочка, не подержишь — косынка развязалась, — бабушка сунула Анне в руки файл и та на автомате его взяла. Бабушка принялась завязывать косынку, причитая при этом: — Совсем ноги не ходят, а все по нотариусам бегать приходится...
Смолина не слушала ее — взгляд Анны метался по лицам пассажиров лифта. Но те уже слились с толпой, и разобрать где кто было невозможно.
***
Офис издательства находился в центре города. Пришлось немного потолкаться в пробках, и если бы не кофе, за которым Анна предусмотрительно заехала в ближайшую кофейню, она бы точно кого-нибудь убила.
— Думаешь, он хотел, чтобы ты его заметила? — спросил Виталик, барабаня пальцами по банке энергетика.
