Аурино отошел от нее на шаг, несколько раз стукнул костяшками пальцев по двери. Через несколько мгновений в комнате появилось двое мужчин. Девушка поднялась на ноги.
Император бросил на нее последний взгляд и вышел из комнаты. Дверь за ним закрылась. Агния перевела взгляд с одного незнакомца на другого. Она вдруг вспомнила, где раньше их видела. На городской площади во время казни какого-то уличного вора. Девушка рванулась за своим избранником, но путь к двери был закрыт.
— Стефан!!!
Димостэнис открыл глаза и попытался сделать вдох. В нос, рот тут же полилась мутная жижа, перемешанная с грязью. Он попытался выплюнуть ее, но получилось только хуже. Легкие уже начало разрывать от боли. Он оттолкнулся от склизкого дна и сделал гребок руками. Наверх. Туда, где осталась жизнь.
Вынырнул на поверхность, жадно хватая ртом холодный свежий воздух. Хлесткий дождь бил по голове, лицу, плечам. Дим доплыл до берега, цепляясь за камыши, вылез на размытую землю и упал, тяжело дыша. Вода сплошным потоком падала с небес, он жадно поставлялся под ее струи, хватая ее чистую энергию, напитываясь ею.
Кругом был лес и топи. Его бывший помощник решил, что покончил с ним, и дно болота будет самым надежным местом, чтобы скрыть следы.
Поторопился мерзавец. Пока жизнь еще теплилась в нем, стихии чувствовали его. Они приняли его, создали защитный кокон и пока вновь не стал ощущать себя, давали ему свои силы, помогая вернуться к жизни.
Он не просто одаренный. Он — Серебряный. Мир не даст ему так легко уйти. Только откуда Клиту было знать это? Как и то, что этот яд, которым он его опоил, единожды попав в кровь, вырабатывает в ней защиту от самого себя. Хотя, конечно, зацепило его сильно. Сколько же Клит добавил этой дряни в напиток?
Дим все еще чувствовал, как дрожат руки и слабость во всем теле. Однако серебро уже разливалось по коже, потому что ярость, которую он испытывал, была сильнее любого яда, и заряжала сильнее, чем энергии стихий.
Димостэнис вышел на проезжий тракт уже почти к полудню. Хотя из-за серой хмари, которая затянула все вокруг до самого небосклона, трудно было понять точное время. По скользкой размытой дороге идти было тяжело и не получалось быстро, но он старался, понимая, что лишних мен у него нет.
Увидев его, всего промокшего, с ног до головы покрытого грязью, хозяин открыл рот, замерев, потом подскочил к нему, горестно причитая.
— О, Боги! Кир! Как же так? Что с вами сделали? А ваша избранница! — он прискорбно качал головой. — Ваша несчастная избранница!
— Что с ней? — Дим почувствовал дрожь во всем теле.
— О, кир! Ее нашли на тракте на обочине. О, Боги! — он опять начал причитать.
— Где она?
Мужчина опустил глаза.
— Мне так жаль, кир. Она в обители. Как обычно по всем правилам, если бы не объявились родственники, ее похоронили бы на общем погосте.
Дим медленно пошел к выходу.
— Кир! — снова окликнул его хозяин постоялого двора. — Куда же вы? Вам надо переодеться. Ваши вещи в комнате, я оставил ее за вами. Ждал.
Димостэнис поднялся в свою комнату. На кровати лежали его чистая одежда. Он прошел в купальню, смыл с себя грязь, вернулся к своим вещам, начал одеваться. Брюки, рубаха, куртка, плащ. В одном из карманов он почувствовал тяжесть, опустил туда руку, достал браслет.
Димостэнис откинул простыню с тела, лежащего на каменной скамье. С ней явно работали дознаватели его величества. Дима передернуло. Он вновь вспомнил вечер, когда император пришел к нему за советом, и страдание в его глазах.
О,Боги! Чуть ли не взвыл Дим. Милора… Вряд ли Агния смогла умолчать. Теперь эта женщина и все люди, живущие с ней подвержены опасности. Он выбежал из обители, послал серебряный импульс, ожидая ярха.
Хорун опустился перед своим наездником. Его крылья были опалены в нескольких местах, повреждена шкура. Димостэнис погладил верного летуна, добавляя к своим прикосновениям нити силы. Ярх благодарно заурчал. Дим вскочил ему на спину, окружил их двоих прочным серебряным щитом, и они рванули вверх.
В небе выстроенные кордоны стражей на ярхах, преграждали им дорогу. В отличие от Клита его величество знал, что этот яд его не убьет.
— Пора дружище, — тихо произнес Дим, — настал момент показать, чего мы с тобой стоим в реальной жизни.
Стражей было много. Их взяли в плотное кольцо. Никто не стал размениваться на пустые предупреждения и уговоры. Его не пытались задержать. Защитники воздушных границ выполняли приказ.
Импульсы всех четырех стихий врезались в щит, нанося в ней серьезные прорехи. Хорун взвыл, когда новый удар достиг цели и вырвал кусок мяса у основания крыла. Дим залатал прореху в защите, отдавая большую часть своих сил летуну. Стражи были подготовлены на славу — они даже знали формулы, которыми можно было пробить броню ярха.
Димостэнис ответил одним из своих собственных плетений, выбивая двух бойцов из седел. Резким движением сбросил куртку, открывая себе доступ к оружию. К сожалению, его было немного, но пара ножей молниеносными движениями, запущенными один за другим уменьшили количество врагов еще на двое.
