— Хуже, — еле слышно прошептал Дим, — я — Изменяющий!
Судьба накрыла его своим плащом. И жутко было осознать, что тот пришелся как раз впору.
Он шагнул назад в горящее пламя, возвращаясь за серебристую стену. Ласы подняли морды, тявкнули, величественно переставляя лапы, пошли за своим хозяином. Ярхи замерли, будто к чему-то прислушиваясь. Расправили крылья и взмыли вверх, подчиняясь известному только им приказу. Купол вздрогнул и распался. Вернулся дождь, заливая людей, горячий песок, смывая кровь.
— Перенесите раненных под крышу, — слегка обернувшись на жителей деревни, произнес Димостэнис.
Повернулся к карателям. Оставшись без своих верных летунов, люди растерялись. С опаской смотря на человека, который в одно мгновение оставил их без тех, с кем они были связаны казалось прочной нерушимой нитью. Дим бросил последний взгляд на брата.
— Я знаю, ты чувствуешь тоже, что и я. В нас живет одно наследие.
— Я не такой как ты, — с вернувшейся ненавистью процедил Лиарен.
— Разница лишь в том, что ты можешь отказаться от своей сущности, а я уже нет.
Дим протянул руку к вожаку ласов, благодаря его за службу.
— Они выведут вас из леса.
Уверенный, что все его приказы будут выполнены, он пошел вглубь деревни. Димостэнис искал сестру. Ему указали на дом, где обычно проводили собрания.
Дверь была заперта на замок, и больше никаких запоров. Он с силой ударил по ней ногой, вышибая.
Элени испуганно вздрогнула, но тут же вскочила на ноги, прикрывая собой мужчину, лежащего на полу. Ее волосы были в запекшийся крови, на лице глубокие царапины, рукав рубахи порван и на руке окровавленная повязка. Увидев его, она вся обмякла, затряслась.
Он бросился к сестре. Обнял, прижал к себе.
— Малышка моя.
Элени зарыдала.
— Дим, — она уткнулась в него и плакала, плакала, плакала. — Лиарен — он хотел убить Энтони. Я вступилась за него. Он сказал, что притащит меня домой, к отцу. Пусть тот решит мою судьбу.
И снова зарыдала.
— Родная, не плачь, — Энтони, опираясь на руки, с трудом сел. — Просто скажи, что у тебя больше нет братьев. Очередную встречу с твоими родственниками я уже вряд ли переживу.
Элени оставив брата, кинулась к своему художнику.
Димостэнис вышел из избы, чувствуя накатывающее бессилие. Все мышцы, тело выворачивало от нечеловеческого напряжения. Кровоточили множественные раны. Он лег на песок, раскинув руки, неподвижными глазами смотря вдаль. Он был полностью опустошен. В небе парило тысячи белых голубей. Даже показалось, что стало светлее.
— Что это? — услышал он чей-то голос. — Откуда эти птицы?
— Никогда не видел столько сразу, — сказал кто-то еще.
Дождь лился с небес. Димостэнис медленно поднял руку, вытирая с лица лишнюю влагу.
— Это старинный обычай — выпускать в небо белых птиц, — услышал он голос сестры совсем рядом. Почувствовал, как она сжала его руку. — Когда в правящем Доме происходит пополнение. Рождается наследник или приходит императрица.
Половина домов почти полностью была уничтожена. Так же как и добрая часть всех запасов еды. Немногочисленная скотина разбежалась или сгорела в огне. Людей расселили по уцелевшим домам. Врачевать в деревне кроме Конна особо никто не умел, но люди помогали друг другу. Перевязывали раненных, поили отварами, устраняли завалы, пытались понять, что еще можно спасти. К ночи разошлись по своим новым жилищам.
Все они были обречены. Дим знал, что у него осталось совсем немного времени. Ему не выстоять одному против тех сил, которые Аурино кинет против него. Он ничем не сможет помочь ни всем этим людям, ни спасти сестру, ни самого себя.
Покидая деревню в эту страшную ночь, Димостэнис знал, что у него есть всего лишь один выход. Он должен был стать тем, кем создал его этот мир. Его дорога ясно лежала перед ним. И он должен был пройти свой путь.
