— Люди, отмеченные этим знаком — дети, когда-то отобранные у родителей и не отданные в новые семьи, — за прошедшие несколько сэтов Дим успел узнать многое. — Долгие ары все происходило по одному и тому же сценарию. Детей отнимали у родителей, отдавали в приюты. Там их распределяли и каждому писали новую судьбу. Кто-то становился великим сэем, кто-то верными помощниками своих хозяев, кто-то компаньонами знатных отпрысков. Тех, кто не подошли ни туда и ни туда, свозили сюда.
— Ты прав. Здесь собраны все неудачники, слабаки или бунтари, которые не прошли ни один отбор.
Таким был Марк. Однажды подающий большие надежды юноша отказался выполнять задание своих хозяев. Уже более пятнадцати аров он живет здесь, запертый Мерзлыми Землями, выполняющий работу надсмотрщика. Или Эдвира, которой ее очередной любовник перерезал горло, когда понял, что она лишь подставная девица, которую приставили к нему, чтобы выведать определенные тайны. Теперь у нее жуткий шрам, пересекающий шею и стойкая ненависть ко всем благородным выродкам.
— Здесь живут не только татуированные.
— Отступники, приговоренные к казни. В какой-то момент я пришел к выводу, что глупо разбрасываться таким материалом. Ведь большинство из них — отпрыски знатных семей.
— Еще одна удавка для знатных родов.
— Более десяти аров назад один из моих воспитанников открыл, что слегка сероватое белесое кристаллическое вещество, которого в избытке в здешних горах, если его смешать еще с несколькими составляющими, имеет свойство взрываться. Были произведены десятки экспериментов, как ты понимаешь довольно опасных и не всегда совместимых с жизнью. Постоянно нужны были люди. Воинов было жалко. Слишком много труда в них вкладывается. Приговоренные же на смерть свою участь заслужили.
— Удалить хьярт под гипнозом целителей или погрузив в сон, — тихо произнес Димостэнис. — Это не убьет, а рабочие руки останутся. Если откажутся всегда есть возможность манипулировать ими.
Глава поселения как раз был одним из тех, с кем поступили подобным образом. Они с избранницей сумели спрятать ребенка, но сами не смогли спастись. Семья Илия имела достаточно денег, чтобы выкупить непутевого отпрыска, но он пожелал остаться со своей женщиной. Над ней издевались несколько дней, а когда показали ему, он не выдержал и рассказал, где их сын. Впрочем, подобные истории в этих местах не редкость.
— Что ты теперь будешь делать? — открыто спросил Дим.
Однако глава Дома и не собирался этого скрывать.
— Теперь у меня достаточно сил, чтобы довести свой план до конца.
— Лиарен в курсе того, что ты творишь?
Лауренте опустил глаза.
— Я собирался передать ему символы советника. Пришло его время. Однако он сказал, что никогда не желал быть в Совете Пяти и ушел.
Димостэнис почувствовал будто с души сняли тяжелый груз.
— Тогда для чего тебе это все? Что ты будешь делать с империей, даже если у тебя получится? Долго ты будешь наслаждаться своей победой? Рода Иланди больше нет. Тебе даже некому будет передать корону.
— У Лиарена недавно родился сын. Если он узнает, кем тот может стать, вряд ли он лишит своего наследника такой судьбы. Твой брат всегда был разумен и умел думать без влияния эмоций.
Кто-то легонько коснулся плеча. Димостэнис обернулся.
— Мы закончили, — тихо произнес Илий.
Дим кивнул и ничего более не говоря отцу, развернулся и пошел вслед за главой поселения.
— Эй! — раздался голос позади них. — Эй! Как тебя там?
Мужчины остановились, не оборачиваясь.
— Передай своим, — произнес Лауренте. — Тех, кто будет на берегу, когда сюда высадятся мои люди, я пощажу. Для всех остальных пощады не будет. Ни для кого.
Последние слова были для сына. Тот чуть помедлил, потом все же подошел к отцу. Так близко, как позволяла стена, разделившая их.
— Ты не понимаешь одного, — тихо произнес Серебряный, — этот мир создал нас настолько разными потому что мы нужны ему именно такими. Мы не сможем друг без друга. Они — не убогие. Они — пока единственные, кто понял это или почувствовал. И именно они смогут остановить этот мир на краю Бездны, куда вы так упорно его загоняете.
Димостэнис догнал Илия.
— Ты будешь говорить людям о предложении?
Глава поселения кивнул.
— Мы здесь не лжем друг другу. Одно из основных правил нашего бытия.
— Ладно, тебе решать.
Дим уже успел признать ошибочным свое мнение о неопытности и слабости старейшины. Илия выбрали сами поселенцы, добровольно и единогласно. Несмотря на свой возраст, а главе деревни не было еще и тридцати аров, он был дальновидным предводителем, предприимчивым, сообразительным, не боящимся опасностей. Он сумел примирить между собой два лагеря: татуированный и ссыльных, так они себя раньше называли. Одни были всегда сильнее и доставляли немало дополнительных неприятностей вторым. Илий объединил два селения, доказав, что они не враги друг другу и вместе им легче будет противостоять трудностям. Сумел договориться с хозяевами о некоторых послаблениях их жизненных условий. Самое главное — нашел подземные лабиринты и организовал их исследование, найдя выход за границы Мерзлых Земель.
