— Досыпаешь? — спросила его Лена, которая очищала кофеварку от отходов. — Бурная ночь?
Тот неопределенно кивнул головой.
— Когда еще заниматься личной жизнью? Это только наш Дмитрий Серебряный может сидеть с таким бодрым видом с самого утра.
— Самойлов, улица Чкалова дом шестнадцать. Поступил звонок от соседей, что там кого-то убивают. И уже как несколько часов не могут дозвониться. Никто не открывает дверь. Вперед.
— А кофе? — тот проследил за действиями Лены.
— Там попьешь, — Дима бросил на него взгляд исподлобья. — Будет тебе стимул быстрее добраться.
Юра, пробурчав что-то себе под нос, взял куртку и вышел из кабинета.
— Не забудь созвониться с участковым, — напутствовало его вслед начальство.
— А мы? — спросила стажер. — Кофе делать или нет?
— Конечно. Десять минут нас не утянут. Сегодня мы с тобой вдвоем.
— Это ты из-за Серебряного? — догадалась Лена.
Уже давно Юра проявил свои недюжинные познания в иностранных языках и заметил, что сильва — это по английскому серебро, а Сильверов — Серебряный. Не то что Диму это очень задевало, но и никаких кличек за собой он тоже не хотел закреплять. Поэтому иногда ненавязчиво приходилось встряхивать чересчур умных и неуемно болтливых коллег.
В квартире все уже были в полном сборе — Южарин, эксперт-криминалист, участковый. Сильверов с Леной на этот раз приехали последними. Дима прошел в комнату, поздоровался за руку с Мишей, кивнул остальным, кто был в помещении, чтобы не отвлекать от работы. Осмотрелся.
Посреди комнаты лежал труп еще молодой женщины, с отрезанными конечностями. Судя по виду ран и количеству крови, жертва расчленялась, когда еще была жива. На полу рядом с ней лежала девочка лет восьми-девяти с колотыми ранами по всему телу. На кровати еще один ребенок чуть младше тоже весь в крови и ранах. На крючке, который свисал с потолка вместо люстры, висел мужчина.
— Что здесь? — спросил Дима.
— Судя по всему этот псих, — криминалист поднял глаза на висевшего, — убил детей на глазах у матери, пока держал ее связанной. На запястьях явные следы от веревок, — Сильверов перевел глаза на обрубки рук. — А потом принялся за нее.
Дима бросил мимолетный взгляд на своего стажера. Лена стояла, прислонившись к стене, широко открытыми глазами наблюдая происходящее. Иногда ее глаза перебегали от изуродованного тела женщины к девочке, потом на кровать, где лежал второй ребенок, снова на женщину. Южарин осуждающе посмотрел на Сильверова. Тот лишь едва заметно пожал плечами.
— Вчера вечером нашли любовницу Тереховского, — тихо произнес Миша.
