– Это Шуфутинский, да, – с готовностью ответила Леся. – Мы с папой его обожаем, как ты уже понял.
Рома закинул голову и рассмеялся. У Леси забилось от радости сердце. Вдруг он свернул на заправку, развернулся к Лесе всем телом и спросил, задумчиво глядя на нее:
– Хочешь кофе?
– Хочу.
Пока Рома был в операторной, Леся грелась на солнце, оперевшись о капот. Легкий ветер шевелил волосы, и те щекотали ей нос. Отовсюду доносилось пение скворцов и трясогузок. Леся знала их голоса, потому что мама в детстве рассказывала.
Леся подняла голову к небу и радостно вздохнула полной грудью.
Рядом с ней на капоте оказались два стакана кофе. Леся опустила голову. Рома стоял прямо напротив нее. Они одновременно потянулись друг к другу для поцелуя. В этот раз все было серьезнее, без шуток.
– Надо кое-что обсудить, – сказал Рома уже после, прижимая Лесю к себе.
Она кивнула.
Опираясь на капот, они оба смотрели, как приезжают и уезжают машины на заправке.
– Так о чем разговор? – спросила Леся так, будто ни о чем не волновалась. Она знала, что хорошие разговоры с фразы «надо кое-что обсудить» не начинаются.
– Пришла повестка. Магистратура окончена, в аспирантуру я не пошел, так что это было ожидаемо. Я так и предполагал.
– Целый год.
– Угу.
– Когда?
– У меня есть двадцать дней.
– То есть раскопки закончатся, и ты поедешь?
– Думаю, да.
– Понятно…
По разогретому асфальту важно прошел рыжий кот. «Наверно, работники заправки его кормят», – подумала Леся. Больше никаких мыслей в ее голове не было. Опять всплыл липучка-стих: «Но трудно плыть, а звезды всюду те же».
– Я подумал, что недальновидно что-то сейчас начинать.
– А ты хотел начать? – Леся повернулась к Роме. Ей впервые говорит о симпатии тот, кто нравится и ей.
– А зачем бы тогда я…
– Ну так, для веселья.
Он покачал головой и посмотрел Лесе прямо в глаза, повернув голову.
– Ты мне так нравишься, Леська. Просто чудо, а не девочка. Но я реалист и прекрасно понимаю, что год, когда все только начинается, – это слишком много.
Само собой, что Лесино сердце начало бить копытом уже после фразы «ты мне нравишься», поэтому ей было сложно вникать в то рациональное, что говорил Рома.
– Поэтому я и думаю, что лучше бы нам остановиться на начале, – закончил Рома и отпил кофе из своего стакана.
– Ты считаешь меня несерьезной?
– Это как ты сейчас?.. Господи, Леська, за тобой не угнаться. Почему ты так решила?
– Ты считаешь, что я не смогу подождать год? Просто вдруг из-за того поцелуя и из-за того, что я первая предложила, ты считаешь меня ветреной.
Рома с улыбкой покачал головой.
– Нет, не считаю.
– Тогда я не понимаю, почему мы не можем попробовать.
Рома поставил стакан на капот и повернулся к Лесе уже всем телом.
– Леська, – сказал он, – зачем тебе меня ждать? Ходи по свиданиям, развлекайся. Это нормально. Прошло слишком мало времени, чтобы говорить о чем-то серьезном и уж тем более тебе отказываться от знаков внимания других парней.
– Ну что я сделаю, если вот так. Нравишься. И все. И не нужны мне знаки внимания других. И ведь можно переписываться. Да, год армии, но люди справляются. И если мы просто попробуем… – тут Леся спохватилась. – Но я понимаю, что, если ты не хочешь, все правда нормально, ты скажи. Я не навязываюсь, я просто, если… Ты просто скажи мне. Я нормально, правда.
И Леся шумно отпила из стакана.
Рома снова рассмеялся, наблюдая за ней. Леся сейчас была похожа на испуганного воробья.
– Мы вот как договоримся, – сказал Рома, беря ее за руку. – Я тебе напишу. А там посмотрим, к чему это все приведет. Договорились? И если тебе вдруг понравится кто-то другой, ты просто честно напишешь мне об этом. Я тебя не приковываю. Весь этот год ты будешь абсолютно свободна и ничего мне не должна.
Теперь уже Леся повернулась к Роме всем телом и поставила стакан с кофе на капот.
– Хорошо. Но я своим правом на свободу пользоваться не хочу. Я не влюбчивая. Должно много всего совпасть, чтобы я что-то такое почувствовала. У меня это чувство было всего лишь два раза за всю жизнь. Я думаю, что это стоит того, чтобы подождать. Год – это же мелочь, если есть чем заняться. А у меня и учеба, и друзья, и твои письма будут.
Рома покачал головой. И хотя он не сомневался, что Леся говорит правду и искренна с ним, он не верил, что они продержатся год на расстоянии. Но и отказываться от этого шанса не мог и не хотел.
К лагерю они приехали уже ближе к вечеру. Вся группа ужинала. Судя по усталости и унынию, ничего удивительного в тоннелях не было обнаружено.
– Похоже, и святая, и тайный ход – просто совпадение, – сказал Сева, пожимая плечами. Даже он, который особо не верил в сокровища, кажется, на секунду позволил себе помечтать, а теперь, столкнувшись с реальностью, расстроился.
Леся не знала, что сказать. Разве бывают такие совпадения? Ведь там, напротив этого тайного хода, могла быть совершенно любая фреска, но была именно Ульяна. Не может все быть так…
